Автор
В закутке под старой беседкой Тамара и Виктория окунаются во вкусную тоску после утомительного перелета, словно окованные невидимым ветром. Кругом необычайная московская атмосфера: грохот машин, разнообразие запахов и шума за стенами их небольшого домика в центре города.
У меня чуть не вырвался вопрос, что раз, мол, скучал, то где пропадал почти два дня? Но вовремя сдержалась. Это Морозов. С ним всегда как на вулкане. И никогда не знаешь, когда рванет. И да, я скучала. Очень.
— Ты зачем приехал?
— Я за тобой. — Морозов быстро, не говоря больше ни слова, заводит двигатель, и джип срывается с места.
Что?
— Погоди! Ты что? Саш? Морозов!
За спиной остается наш двор. Мы выезжаем на заснеженную улицу, а бугай все молчит.
— Мы куда едем? Я даже телефон с собой не взяла! Папа…
— Вик! Твой папа взрослый человек, он все понимает. Не волнуйся. Просто немного покатаемся, а потом я отвезу тебя обратно.
Обратно? Помимо воли чувствую легкую досаду. И что за предложение? Почему до сих пор молчит?!
— Саш, сегодня 31 декабря. До Нового года — несколько часов, понимаешь? Что ты хочешь?
Он останавливает, наконец, машину на парковке того самого торгового центра, где мы с ним выбирали елочные игрушки и где на следующий день он ждал меня, пока я покупала подарки.
— Я хочу пригласить тебя. — Он поворачивается ко мне и с улыбкой добавляет: — В сказку.
— Куда? — Кажется, я плохо расслышала. — В сказку?
— Ну да. Сегодня же 31 декабря. До Нового года несколько часов, понимаешь? — Морозов радостно повторяет мои же слова, сказанные несколькими минутами раньше.
— Нет! — искренне признаюсь. — Я ничего не понимаю. Какая сказка?!
— Вот эта. — Он вытаскивает из бардачка очень красивый конверт. — Открой.
Я послушно беру в руку роскошную бумагу… Не может быть. Этого просто не может быть!
— «Щелкунчик»… Историческая сцена… Большой театр. 31 декабря. Восемнадцать ноль-ноль, — хриплым голосом читаю я и не верю. Не верю, что у меня в руках билеты на… — Это и правда сказка. Но как?
Морозов сверкает, как большая гирлянда на елке. Так доволен произведенным эффектом, что даже не скрывает своей радости.
— Это было… непросто. Знаешь, найти за сутки билеты на самое главное новогоднее представление в Большом… Один билет твой, кстати. Второй — мой, — уточняет он. — Ты была когда-нибудь в Большом?
Отрицательно качаю головой, едва понимая, что он говорит.
— Вик? Вик, ты чего? — Вытирает пальцем слезу на моей щеке, а я быстро отворачиваюсь к окну. — Я опять косякнул? У тебя… не знаю… Я подумал, ты ж балетом занималась, тебе будет… — Морозов вконец сбивается и замолкает.
— Это и есть твое предложение? — спрашиваю я, как только удается справиться с нахлынувшими эмоциями.
— Нормальное? — отвечает Саша вопросом на вопрос.
