Автор
В закутке под старой беседкой Тамара и Виктория окунаются во вкусную тоску после утомительного перелета, словно окованные невидимым ветром. Кругом необычайная московская атмосфера: грохот машин, разнообразие запахов и шума за стенами их небольшого домика в центре города....
Очень трогательно, я чуть не прослезилась. Жалко, что они так с тобой.
— Как? — Все-таки придется первой уйти.
— Кино любишь? — ухмыляется Изосимова. — Я обещаю хит. Смотри.
Она быстро проводит пальцами по экрану своего телефона, и я слышу голос Морозова. Уставшего и, похоже, не совсем трезвого, но это точно голос Саши.
— …Он тогда мне знатных люлей за нее навешал, типа, раз я такой мудак, что не могу даже девчонку на мероприятие привести, то какой нах бизнес…
Выхватываю из рук Изосимой телефон и подношу экран к глазам.
— Нравится? Ты дальше послушай, там интереснее. — Изосимова явно издевается, но мне плевать на нее. Я снова слышу пьяные откровения своего парня.
— …Сказал, надо приглядеть за ней, чтобы по дурости не вляпалась ни во что… Лех, еще лед есть? Давай. Так я из-за нее с конца декабря из Москвы не вылезаю, даже горы похерил. Но оно того стоило.
Нажимаю на паузу.
— Боишься дальше смотреть, а, Вик? Ты разве не знала, что это папаша Морозов снарядил к тебе Санька? А Саша у нас послушный сын.
— Он любит меня, Галь. — Мой голос звучит уверенно, хотя внутри все сжалось от дурного предчувствия. — Ты со своим хоум-видео ничего не изменишь. Мне уже плевать, почему он приехал за мной в Москву. Сейчас он со мной, потому что сам этого хочет. Его папа, кстати, против, так что дело тут не в послушании.
— Ага…"
"Она дотрагивается до экрана, и он снова оживает. Я слышу звон бокалов, шум отодвигающегося кресла. Незнакомый мужской голос произносит:
— Попал ты… Так чего отец?
Голос у парня трезвый, кстати. Судя по виду, оба даже не догадываются, что их снимают.
— Сказал бросить ее после дня рождения Ольги… аккуратно так, в смысле подтолкнуть ее к… пиздец, короче… И тогда банк этот мой. Вот что за херня, а?! Да мы еще после первого к-курса с ним договорились… — Морозов замолкает, уставившись остекленевшими глазами на пустую бутылку.
Это последнее, что я отчетливо вижу перед собой. Экран расплывается, а потом и вовсе исчезает.
— Я думаю, достаточно, — доносится откуда-то сбоку довольный голос Изосимовой. — Ты все поняла, да? Классический выбор, Вика. Как думаешь, что он выберет? Тебя или банк?
Она встает с дивана, поправляет разрез на платье и, глядя на меня сверху вниз, продолжает:
— Я ставлю на тебя, Вик. Он тебя выберет. Сейчас.
