Андроид достает из кармана телефон и, скорчив гримасу, просит извинения – он должен ненадолго отойти.
Девушка остается и смотрит на Жасмин с таким видом, словно хочет сказать: «Ты испортила мне вечер».
Двое принесших приглашение производили впечатление людей хорошо воспитанных. Вежливо сообщили, что у дверей ее ждет автомобиль, и добавили, что уверены – у столь опытной модели сборы не займут больше четверти часа.
Потом один, достав из сумки ноутбук и портативный принтер, сказал, что они прибыли составить великий каннский контракт. Остались мелочи – они сообщат и запишут в соответствующие графы условия, а ее агент (они знали, что женщина, сидевшая рядом, – не только ее модельер, но и агент) подпишет.
Они обещают оказать модельеру всяческое содействие в создании следующей коллекции. Да, разумеется, с сохранением имени на этикетке. Да, конечно, с использованием возможностей их собственной пиар-службы. Более того – хотел бы вообще выкупить у нее бренд, а также инвестировать сумму, достаточную для того, чтобы о ней широко оповестила итальянская, французская и британская пресса.
Но есть два предварительных условия. Первое: вопрос должен быть решен незамедлительно – с тем, чтобы новость успела попасть в утренние газеты.
Второе – расторгнуть контракт с Жасмин Тайгер, которая отныне будет работать исключительно с Хамидом Хусейном. Недостатка в моделях на рынке нет, так что бельгийка очень скоро сумеет подыскать ей замену. Кроме того, она в качестве ее агента получит большие деньги…
– Расторгнуть контракт с Жасмин я готова, – без раздумья отозвалась она. – Насчет всего остального мы поговорим позже.
Как же это она согласилась так скоро? Женщина, ответственная за все, что случилось в жизни Жасмин, теперь легко и даже как будто с удовольствием расстается с ней… Женщина, которую она любила больше всего на свете, нанесла ей удар в спину.
Первый достает из кармана свой смартфон.
– Мы прямо сейчас отправим ваше заявление для прессы. Оно уже готово: «Я очень взволнована возможностью…»
– Да погодите вы! Ничего я не взволнована. Я вообще не понимаю, о чем вы говорите.
Но ее подруга начинает править текст, заменяя «взволнована» на «рада», «возможность» – на «предложение». Придирчиво вчитывается в каждую фразу, каждое слово. Требует, чтобы был упомянут чудовищно высокий гонорар. Двое не соглашаются, уверяя, что это приведет к взвинчиванию цен на рынке. В таком случае, следует ответ, будем считать, что мы не договорились.