Инга совершила ошибку, которая угрожает её близким. Охваченная страхом и чувством вины, она решает пожертвовать собственным счастьем и бежит из дома, расставаясь с любимым. Отчаянная попытка спасти тех, кого она дорожит, ценой собственной жизни в изгнании.
Раздел Chitat.online для книги «Побег из страны грез» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Инга совершила ошибку, которая угрожает её близким. Охваченная страхом и чувством вины, она решает пожертвовать собственным счастьем и бежит из дома, расставаясь с любимым. Отчаянная попытка спасти тех, кого она дорожит, ценой собственной жизни в изгнании.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Инга совершила ошибку, которая угрожает её близким. Охваченная страхом и чувством вины, она решает пожертвовать собственным счастьем и бежит из дома, расставаясь с любимым. Отчаянная попытка спасти тех, кого она дорожит, ценой собственной жизни в изгнании.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Ой… А можно я Майке об этом скажу? Она поклонница, и если узнает, что он – твой бывший сокурсник… – оживилась Лариса, но осеклась: – Нет, пожалуй, не стоит. Если Майка об этом узнает, житья тебе совсем не даст. Ее же интересуют все подробности жизни писателя!"
"– Боюсь, я ее разочарую, – сказала Инга, пролистывая книгу. – Виктор проучился с нами курса три, потом перевелся в какой-то другой университет. Общительным не был, скорее замкнутым. Мы его считали между собой странным. Но не в том плане, что был человеком с чудинкой. Странность заключалась в том, что был таким… непонятым гением. Вот, к примеру, задавал нам преподаватель изучить теорию по учебнику. Логично: нужно вначале освоить базу, а затем – искать, как применялись эти знания, какие эксперименты проводились, и так далее. Мы учили заданное, а Лучкин сразу «прыгал» на другую ступень. Когда его спрашивали о теории, он рассказывал о чем угодно, интересно, надо сказать, но не о том, о чем просили. И нельзя было сказать, что не по теме, увлекательно, порой шокирующе, но… сыпался на самом простом. Знал о сложном, а азы хромали. Представь, что тебе задали изучить таблицу умножения, а ты вышла бы к доске и, не зная, сколько будет шесть на семь и так далее, пыталась рассказать про интегралы. Просто потому, что таблица показалась скучной, а интегралы заинтересовали. Но можно ли преуспеть в высшей математике, не зная простых правил умножения? Вот так бывало и с Лучкиным.
– Странный, замкнутый, не знающий теории… Ты точно об этом писателе? – с подозрением спросила Лариса. – Сейчас он, насколько я знаю, блистает и, по словам той же Майки, ведет довольно активную переписку с поклонницами. Правда, публичных мероприятий избегает.
– Я говорю не о писателе Лучкине, а о моем сокурснике Вите. Я-то не знаю, какой он сейчас. Даже не слышала, что книги пишет. Просто вспомнилось, что Виктор – мой сокурсник – был не похож на других студентов. Вроде бы старался быть незаметным, но вот как-то так и получалось, что своей загадочностью привлекал внимание. Впрочем, если кто-то редкий входил в круг его общения, узнавал совершенно другого человека… – Инга сделала паузу, будто ушла в свои воспоминания. Но, спохватившись, с улыбкой попросила: – Дай потом почитать роман.
– Обязательно! Тебе стоит. Не знаю, как это у Лучкина выходит, но романы очень… настоящие. Читаешь и веришь, будто это происходило на самом деле. Даже если бы он писал фантастику, все равно бы верила.
