Шрам поддерживал скорость в пределах допустимых правил — 160 км/ч, но сегодня чувствовал себя почти как профессиональный гонщик. Черный «джип-чероки» с тонированными стеклами мчался быстро от Финского залива к Васильевскому острову. Это была не просто поездка — это задуманное путешествие, спрятавшееся под видом простого волеизъявления скорости....
– Я последние месяцы только и жил мечтой об этой минуте. Если бы тебя, не дай Бог, сегодня Сержант пришил, или ты бы с пожарной лестницы сорвался – я бы сильно переживал!
Варяг схватил Шрама за шиворот и, с силой встряхнув, рванул вверх. Прислонив его к бетонному столбу, подпирающему крышу, он вытащил из кармана короткий нож с костяной ручкой.
– Это исторический нож, Шрам. Он мне, можно сказать, жизнь спас. Но теперь он мне больше не понадобится.
Варяг подошел к Шраму вплотную и заглянул ему в глаза.
Шрам все понял. В его глазах затаился ужас.
– Я даже свои отпечатки пальцев стирать не буду, – прошептал Варяг. – Менты найдут – пусть знают: это Варяг тебя наказал. Варяг жив!
И он резким, коротким ударом вогнал стальное лезвие Шраму точно в самое сердце.
– Все, Шрам! – Варяг в последний раз взглянул в широко раскрытые глаза убитого им предателя, мазнул взглядом по багровому шраму, перерезавшему щеку, и разжал ладонь.
У Шрама подкосились ноги, и он рухнул на пол.
* * *…Спустя полчаса Варяг подошел к стоявшему на обочине грязно-серому «шевроле». Лицо его было окровавлено, одежда в пыли. В руке он сжимал пистолет.
– Что-то я выстрелов не слышал, – прокомментировал его появление Гепард.
– А не было никаких выстрелов, – устало ответил Варяг. – Зачем на такое дерьмо пули тратить?
Говоря это, он смотрел на жену, на ее залитое слезами лицо.
– Мам! – тормошил ее Олежка. – Ты чего плачешь, мам?… За нами же папка приехал!
– Да, – сказал Варяг. – Неужели ты меня узнал, сынок?
– Узнал, – расплылся в улыбке мальчик. – Только ты грязный весь. И старый какой-то. И волосы вон поседели…
– Ничего, – отозвался Гепард, садясь за руль, – отмоется, побреется – и будет твой папка опять молодой… Ну, поехали, что ли?
Варяг подошел к Светлане и, обняв ее, крепко прижался губами к ее соленому, заплаканному лицу.
– Дядя, а ты – зеленый берет, да?
– Нет, – серьезно ответил тот, – я в крапинку. – Варяг взял на руки жену и посадил в машину. Захлопнул переднюю дверцу, сел рядом со Светланой и сказал:
– Давай поехали.
«Джип» тронулся и понесся по дороге, вздымая тучи пыли.
