Дейзи Девро забыла имя своего жениха Теодоусия. В ужасном мгновении контракта она лишь кусала губу из отчаяния. После брачного соглашения, мужчина исчез, и Дейзи не видела его до сегодняшнего дня, когда вернулась домой. Атмосфера книги неперенесима: страсть, тайны и невозвратные моменты....
Он почувствовал себя обманутым и преданным. Ей не было до него никакого дела.
Вперив взгляд в своего бывшего любовника, Шеба, казалось, забыла о существовании Алекса.
— Я наняла нового акробата, — холодно сказала она. — Ты уволен.
— Меня нельзя уволить, — Процедил сквозь зубы Карлос. — Я — Мендес.
— Ты — никто. Этот мальчик больше мужчина, чем ты.
Она снова повернулась к Алексу и запечатлела поцелуй на его юношеских губах. Сквозь вожделение, несколько омраченное обманом, он ощутил вспышку восхищения, которая напугала его больше, чем дядин хлыст.
Следующие шестнадцать лет Шеба выступала в ведущих цирках мира и не работала с братьями Квест до тех пор, пока ее блестящая карьера не стала клониться к закату. К тому времени ее отец умер, и она — одинокая и бездетная — осталась последней в роду Кардоза.
Оуэн принял ее по-королевски и сделал главной фигурой своих представлений. Изредка разговаривая по телефону с Алексом, Оуэн несколько раз упомянул Шебу. Этого было достаточно, чтобы Марков понял, что старик потерял голову от страсти.
Алекс и Шеба снова встретились два лета назад, и сразу стало ясно, что баланс сил между ними за те шестнадцать лет, что они не виделись, резко изменился. Алекс в свои тридцать два года был в расцвете мужественности, и ему не надо было ничего доказывать, а лучшие годы Шебы остались позади.
Запоздалый огонь любви снова вспыхнул между ними, но на этот раз она домогалась его. Алекс игнорировал ее ухаживания — ему не хотелось причинять боль старику Квесту. Однако вскоре стало ясно, что владелец цирка заранее смирился с их романом и был, как ни странно, даже оскорблен тем, что Алекс отвергает женщину, которую он, Квест, ставил превыше всего на свете.
Алекс наконец пустил Шебу к себе в постель. Она оказалась гибкой, податливой, земной и страстной — он никогда не испытывал такого наслаждения ни с одной женщиной. Ему нравились ее твердость и сознание того, что она больше не в силах причинить ему боль и обиду. Он восхищался ею, но не любил ее.
