Дейзи Девро забыла имя своего жениха Теодоусия. В ужасном мгновении контракта она лишь кусала губу из отчаяния. После брачного соглашения, мужчина исчез, и Дейзи не видела его до сегодняшнего дня, когда вернулась домой. Атмосфера книги неперенесима: страсть, тайны и невозвратные моменты....
"
"— Почему ты так и не вышла замуж? — спросил Алекс однажды вечером, когда они вдвоем сидели в роскошном вагончике Шебы. Она готовила ужин. Оба были в халатах — он в простом, банном, а она — в роскошном с экзотическими узорами, которые подчеркивали рыжий блеск ее волос. — Мне всегда казалось, что ты хочешь иметь детей. Твой старик очень на это надеялся.
Поставив перед ним лазанью, она отошла к плите, чтобы взять свою порцию, но задержалась, тупо глядя в тарелку.
— Наверное, я слишком многого хотела.
Она поставила тарелку на стол.
— Отец любил повторять, что лучше пусть угаснет род Кардоза, чем у него будут внуки с дурной кровью. А у меня на этот счет своя поговорка: лучше пусть угаснет род Кардоза, чем я выйду замуж за какого-нибудь сукина сына, которого я не смогу уважать.
— В этом вся ты.
Она отложила вилку и, склонившись вперед, стала без стеснения изучать Алекса, в глазах ее вспыхнули задорные огоньки.
— Семья Марковых еще более старая, чем семья Кардоза.
Сэм всегда говорил мне, что тебя нельзя отпускать, но я только посмеялась над ним — ведь ты был ребенком. Но сейчас разница в пять лет не играет никакой роли, правда? Мы же оба — последние представители цирковых династий.
Ошарашенный, Алекс только покачал головой.
— У меня нет желания продлевать существование династии Марковых. Прости, дорогуша, но тебе придется поискать в другом месте источники для своего банка спермы.
Она рассмеялась и, скатав в трубку салфетку, попыталась засунуть ее в рот Алексу.
— Твое счастье, что я не хочу тебя, иначе бы ты никуда не делся.
Их роман продолжал пылать. Он доставлял Алексу такое наслаждение, что он не заметил, что Шеба все чаще стала поглядывать на него с видом собственницы.
— Мы с тобой родственные души, — сказала она однажды вечером севшим от волнения голосом. — Если бы ты был женщиной, ты был бы мной.
Она была права, но что-то внутри Алекса восстало против такого сравнения Он восхищался Шебой, но свойственная ей беспощадность отталкивала ею, потому что сам он тоже был беспощаден. Чтобы прекратить этот неприятный разговор, он тогда раздвинул ей ноги и овладел ею.
