В оковах темного дракона, я собиралась использовать магию для его освобождения. Чудовище с пупырчатой кожей напоминало мне скорее гигантскую жабу, но даже в этом отталкивающем внешнем виде оно вызывало трепет и в то же время привлекательность. Магия мельчайшая, затерянная в глубинах моего сознания, была последней надеждой на спасение дракона и отступление от собственного страху перед этим существом....
Похоже, «Поцелуй для истинного. Расколдовать дракона (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Теперь, если б я только захотел… если б меня ничто не удерживало… поцеловал бы Ронику в шею, распустил бы ей волосы, уткнувшись в них лицом. И это платье, оно только мешало. А между мной и человеческой девушкой протянулась нить и зазвенела легко и нежно, как струна…
— Нет. Дэйнхар, это не работает, — Роника выскользнула из-под моих ладоней, и наваждение прошло. Я опустил руки, злясь и на себя, и на неё. Надо же было создать такую связь! Да ещё и при этом смотреть на меня невинными глазами!
— А что сработает? — спросил я, пожалуй, слишком резко.
— Я правда не знаю, но…
— Погоди, — я жестом остановил её оправдательную, как был уверен, речь, — может, тебя надо как-то подтолкнуть? Что ты чувствовала, когда подходила ко мне-чудовищу в оковах? Страх, азарт, радость, что твой план исполнился? Что из этого было, Роника?
Магия белых драконов не связана с чувствами и эмоциями. Она — как данность.
Роника наморщила лоб — видимо, пытаясь вспомнить."
"— Наверное, всё вместе. Мне и страшно было, и хотелось посмотреть, каким вы будете, — судя по разлившемуся по щекам румянцу, Роника вспомнила что-то такое, о чём не хотела говорить. Неужели мечтала, что из оков вылезет прекрасный принц в золоте и серебре, свистнет волшебного белого скакуна, и они с Роникой вместе умчатся вдаль, поднимая клубы дыма и ошеломив стражу?.. Меня позабавила эта мысль.
— Тебя надо сильно напугать, но не так, как это сделал Замок-Артефакт, — задумчиво произнёс я, — а чтобы сохранилась воля к борьбе. Хорошенькая задачка!
Роника вскинула на меня растерянный взгляд. — Меня не надо пугать! Дэйнхар, послушайте, — она потеребила ленточку на шее, — мои страхи, мои радости… они не имеют никакого значения.
— Вот как? — Я нахмурился, чувствуя неладное. — Тогда в чём же дело? Если у тебя есть догадки, расскажи мне о них.
Роника набрала воздуху так, словно готовилась к прыжку в ледяную воду.
— Есть, но они вам не понравятся.
— Что же я могу услышать такого ужасного? — Пряча за усмешкой тревогу, прислушался к мыслям девушки. Они метались, как пёстрые птицы в запертой комнате — и не ухватишь ни одну.
— Например, то, — у неё хватило смелости посмотреть мне в глаза, — что я вообще не накладывала на вас чары. Это не моя магия, Дэйнхар. Нить появилась… сама.
