— Это просто рисунок… просто рисунок… — прошептала я, пытаясь успокоить себя и настроить на неизбежное.
Глубокий вздох и…
Я действительно нарисовала картинку из моего сна.
Ночь, гроза, штормовой утес и фигурка Агнелики с пламенем в руке.
Но странно было другое. Чем больше я вглядывалась в рисунок, чем сильнее всматривалась в детали, тем тревожнее становилось.
Он словно оживал. Волны медленно двигались, взлетая на скалы и оставляя после себя грязные разводы и пену. Вдалеке бушевала гроза и ветер нагонял тучи, которые клубились, принося с собой запах дождя.
Да и девичья фигура вдруг перестала быть статичной. Я видела, как шевелились волосы на её голове, как разлеталось платье и как ярко горело пламя в руках.
Судорожно вздохнув, я захлопнула блокнот и прижалась ладонями к обложке, словно боясь, что из него что-то выскочит.
— Это просто усталость. Такое бывает от перенапряжения и нервного потрясения. А у меня и того, и другого в избытке. Картинки не могут оживать! Никак! Тем более нарисованные мной.
Я осторожно убрала ладони и приоткрыла обложку, вновь всматриваясь в рисунок.
Одна, две, три секунды — и вновь поплыли тучи на небе.
— Чёрт!
Я снова закрыла блокнот и бросила его на край кровати.
— Это безумие какое-то!"
"В этот момент раздался стук в дверь.
— Агнелика, можно?
Эшфорт.
Синеглазый громила не дождался разрешения и вошел в палату.
— Не спишь?
— Еще нет, — натянуто улыбнулась я, бросив косой взгляд на блокнот.
— Как самочувствие?
— Спасибо, хорошо. Уже сама хожу. Аппетит хороший.
— Ясно.
Мужчина подошел к окну, выглянул и снова повернулся ко мне.
«Странно он как-то себя ведет. Подозрительно».
— Ты не знаешь, почему Нэнна пришла к тебе? — спросил наконец Эшфорт, озвучив истинные причины своего появления.
А в глубине синих глаз ни капли тепла и сочувствия. И взгляд такой, что по позвоночнику холодок пробежал, а в голове будто сигнальная лампочка зажглась со словом: «Опасность!»
Нет, такому точно врать не стоило.
Значит, придется юлить и выкручиваться.
— Для меня это стало таким же шоком, как и для остальных.
— И ты не знаешь, зачем она приходила.
«А вот здесь не соврать не получится. Значит, надо хитрить. Переходим к плану Б».
— Вы думаете, это я её отравила? — потрясенно прошептала я, размышляя о том, как бы для пущего эффекта еще и слезы выбить.
Но мужчину сложно было растрогать или смутить.
