В мирное утро заходит злорадство — смартфон тихо дрогнет при каждом касании, а на экране внезапно синит знак зловещего гаджета. Я пытаюсь успокоить истерику, приглаживая выбившиеся пряди волос перед нырянием в глубины Скайпа. Дрожащими руками набираю воздуха, как будто готовлюсь к важному объявлению. Жду ответа......
— Лжец, — пробормотав уже не так уверенно, София уперлась спиной в холодильник и растерянно подняла глаза.
— Каюсь, и это тоже я, — кивнул я, отгораживая ей все пути отступления и наклонившись, прошептал ей прямо в полуоткрытые губы, — А еще я тебя люблю до безумия и никогда не отпущу.
Она вздрогнула, и распахнув от удивления глаза, уперлась кулачками мне в грудь. Накрыл ее губы поцелуем, одновременно сгребая в объятия.
Сначала действовал осторожно и нежно, но стоило ей расслабиться и простонать мне в губы, отпустил давно заклинившие тормоза и с рыком вжал ее в себя еще сильнее.
Она неуверенно скользнула ладошками по моей груди к шее, а потом зарылась пальчиками мне в волосы. Чуть отстранился, заглядывая в ее затуманенные глаза, и снова наклонился к ее губам.
— А поговорить? — неуверенно простонала она мне в рот.
— Сейчас и поговорим, до-о-олго и обстоятельно, — отозвался я хриплым голосом, прерывая поцелуй, — Теперь не сбежишь, даже не надейся.
ГЛАВА 32
СОФИЯ
— Теперь не сбежишь, даже не надейся, — проговорил Мирон, прерывая поцелуй, и подхватив меня под попу, понёс наверх."
"— А что, был шанс? — проворчала я, уткнувшись в шею Мирона. Безуспешно пытаясь выровнять дыхание, прикрыла глаза, вдыхая такой особенный запах его тела.
— Честно? Ни одного! Но я слишком долго ждал.
Занеся в спальню, Мирон уложил меня на кровать и спешно расстегнул и стянул с меня джинсы.
Быстро избавившись от своей одежды, навис надо мной, упираясь коленом между моих, чуть разведённых ног.
В этот момент я начала понимать, что значит раздеть и отыметь взглядом, хотя свой я старалась не опускать ниже широких плеч, накаченных рук и груди, рельефного пресса с полоской темных волос от пупка до самого… Ой…
Стало неловко до нехватки кислорода, хотя я делала частые судорожные вдохи приоткрытым ртом.
А он, не отрывая изучающего взгляда, медленно провел руками по моим бёдрам, выше к талии, еще выше, собирая в гармошку края моей блузки, и резко дёрнул в стороны, посылая в хаотичный полёт сорванные пуговицы и остатки моего самообладания.
Склонился ниже, провел языком по впадине пупка, вызывая миграцию мурашек по телу и мой судорожный всхлип. Нетерпеливо выгнулась навстречу.
Жгучими поцелуями покрыл животик и ниже по линии шрама, пока руками ласкал до лёгкой боли грудь, захватив пальцами соски через кружево топа.
