Мрак погружает вас в тихую темноту, где каждое движение кажется чуждым. Первые поцелуи пробуждают дрожь от самых глубин до самых вершин, заставляя сердце биться как молоток в стенной коробке. Вы ощущаете себя живой и нежной, любовью наполненной, словно новая жизнь пришла на смену тьме....
– Спорю, если бы мы с тобой начали обниматься прямо сейчас, он почувствовал бы себя лучше.
– Если ты ко мне хотя бы прикоснешься, – с милой улыбкой сказала я, – я обеспечу тебе возможность проверить, в состоянии ли ты излечить сам себя. Вот тогда и выяснится, насколько ты на самом деле крут.
– Ну, меня исцелит Лисса, – самодовольно ответил он. – Ей это раз плюнуть. Хотя… – Сардоническая улыбка угасла. – Знаешь, когда она использовала свою магию, произошло нечто странное.
– Да, знаю. Ты тоже почувствовал?
– Нет, не почувствовал – увидел.
– Да…
– Может, я тогда ошибся. Думаю, ты безумна.
Я резко замедлила шаги.
– Какого черта? Что ты имеешь в виду?
– Ну… видишь ли… когда Лисса работала со вторым растением… ее аура слегка потемнела.
– Это и я почувствовала, – сказала я. – Словно к ней… ну, не знаю… на мгновение вернулась душевная болезнь, что случалось раньше. Но она быстро ушла.
Адриан кивнул.
– Да, именно так… Тьма из ее ауры ушла – и знаешь куда? В твою. Я давно заметил, какие у вас разные ауры, но на этот раз видел, что происходит. Клубок тьмы переметнулся из ее ауры в твою.
Что-то в его словах заставило меня содрогнуться.
– Что это означает?"
"– Ну, поэтому я и думаю, что ты безумна. У Лиссы отсутствуют всякие побочные эффекты от использования магии, верно? Ну а ты… Ты в последнее время жутко вспыльчива и видишь призраков. – Он произнес эти слова небрежно, как будто видеть призраков – дело обычное, случающееся время от времени.
Мне как будто дали пощечину. Еще одна теория. Никакой травмы. Никаких реальных призраков. Я «заражаюсь» безумием от Лиссы. Я помнила ее худшее состояние – депрессия, попытки причинить себе вред. Я помнила нашу бывшую учительницу, госпожу Карп, тоже пользователя духа, которая полностью лишилась разума и стала стригоем.
– Нет, – сказала я напряженно, – со мной этого не происходит.
– А как насчет вашей связи? Она ведь существует. Ее мысли и чувства проскальзывают в тебя… почему безумие не может?
Адриан говорил все это в характерной для него легкомысленной манере, как бы просто из любознательности, не осознавая, как сильно его слова тревожат меня.
– Потому что это не имеет никакого…
И потом меня озарило.
