Мрак погружает вас в тихую темноту, где каждое движение кажется чуждым. Первые поцелуи пробуждают дрожь от самых глубин до самых вершин, заставляя сердце биться как молоток в стенной коробке. Вы ощущаете себя живой и нежной, любовью наполненной, словно новая жизнь пришла на смену тьме....
Одно у меня не вызывало сомнений: если со школьными защитными кольцами что-то не в порядке, то в опасности не только я.
Двадцать один
Я едва могла дождаться конца дня. Я обещала Лиссе и остальным после школы провести время с ними. Все было очень весело, но уж больно медленно тянулось время. Меня лихорадило от беспокойства. Когда наконец приблизилось время комендантского часа, я оставила их и бросилась к себе в спальный корпус. Спросила женщину за стойкой портье, может ли она позвонить в комнату Дмитрия – ученикам это запрещалось, – потому что у меня к нему есть «неотложный» вопрос.
– Его здесь нет, – сказала она. На щеке у нее был внушительный синяк. Некоторые новички получали «украшения» получше – только не я. – По-моему, он собирался в церковь. Придется тебе увидеться с ним утром – ты не успеешь туда и обратно до наступления комендантского часа.
Я кротко кивнула и сделала вид, что направляюсь в студенческое крыло. Вместо этого, едва она скрылась, я снова вышла наружу и припустила в церковь.
Дверь церкви оказалась не заперта. Я вошла и увидела, что все свечи зажжены, отчего золотистые украшения сверкают. Священник, видимо, еще работал. Однако, войдя в сам храм, я его не обнаружила. Зато Дмитрий был там.
Он сидел на последней скамье. Не преклонял колени, не молился, просто сидел и выглядел очень расслабленным.
"Я всегда думала, что он хорош собой, но в этот момент что-то в его облике заставило меня замереть. Может, влияла обстановка – все это полированное дерево и красочные иконы святых. Может, дело в том, как поблескивали его волосы в свете свечей. Может, просто потому, что он выглядел таким беззащитным, почти уязвимым. Обычно он всегда был подтянут, всегда настороже… но даже ему требовались краткие мгновения отдыха.
Едва он услышал шаги, его обычная напряженность вернулась.
– Роза, все в порядке?
Он начал подниматься, но я сделала ему знак сесть и сама опустилась рядом. В воздухе все еще ощущался слабый запах ладана.
– Да… Ну, типа того. Никаких срывов, если это тебя волнует. Просто у меня есть вопрос. Точнее, ну… теория.
Я пересказала ему разговор с Алисой и вывод, который сделала из него.
