Мрак погружает вас в тихую темноту, где каждое движение кажется чуждым. Первые поцелуи пробуждают дрожь от самых глубин до самых вершин, заставляя сердце биться как молоток в стенной коробке. Вы ощущаете себя живой и нежной, любовью наполненной, словно новая жизнь пришла на смену тьме....
– Чего тебе жаль?
– Жаль, что я наговорила тебе вчера все эти ужасные вещи. Ты сделал это… действительно сделал это. Убедил их послать нас туда.
Я, конечно, нервничала из-за Виктора, но все же меня переполняло ликование. Дмитрий сделал все от него зависящее. Я всегда знала, что он беспокоится обо мне… но это было еще одно доказательство. Не будь вокруг столько народу, я обняла бы его.
Выражение его лица не изменилось.
– Это не я, Роза. Я не имею к этому отношения.
Альберта просигналила, что пора подниматься на борт; он отвернулся и зашагал к остальным.
Мои друзья были на борту, и я заторопилась туда же. Едва оказавшись в салоне, я услышала, как меня окликнули:
– Маленькая дампирка! Давно пора.
Адриан, с бокалом в руке, махал мне. Прекрасно. Нам пришлось умолять, чтобы нас взяли, а вот Адриан каким-то образом просто втерся сюда.
мной; это было все равно что сидеть рядом с ним. Его болтовня и бесцеремонный флирт свидетельствовали о том, что он начал прикладываться к коктейлям задолго до того, как мы поднялись на борт.
– Мы будем при дворе, – болтал Адриан. – Тебя это возбуждает?
Я закрыла глаза и потерла виски.
– Что именно? Двор или суд?[6]
– Двор, конечно. Ты платье прихватила?
– Никто не надоумил меня сделать это.
– Так… Значит, «нет».
– Да.
– Да? Я подумал, ты имеешь в виду «нет».
Я открыла один глаз и сердито уставилась на
него.
– Я имею в виду «нет», и ты прекрасно понимаешь это. Нет, я не взяла с собой платье.
– Ничего, мы раздобудем его для тебя, – великодушно заявил он.
– Собираешься поводить меня по магазинам? Думаю, тебя вряд ли можно рассматривать в качестве надежного спутника.
– Поводить по магазинам? Зачем это? Прямо там живут портные. Тебе сошьют что-нибудь по специальному заказу."
"– Мы долго там не пробудем.
