В комнате за окном суетится драконий отряд — птичка, превратившаяся в дракона, не может вылететь обратно наружу. Тыркнув её в грудь, ты удержал и почувствовал странную сладость жизни в этой твари, которая застыла здесь под стеклом, пытаясь выбраться к свету.
— Мы всех проверили, как только услышали этот намёк. Последний мужчина, что был подвержен этому наказанию, был заколдован сто сорок семь лет назад и умер двадцать лет назад.
— Ох… вот как, — закусив губу, я водила пальцем по столешнице, — а он никак не мог передать заклинание… сыну, к примеру?
— Нет. Это не то, что передается от родителя к ребёнку. Это накладывается на определённое живое существо.
— Жалко. А ведь такая хорошая идея…
— Хорошая, но, увы, безосновательная. Мы продолжаем искать Саймона.
— Так может, он и есть тот самый советник? — шёпотом пробормотала я.
— Не думаю… — поморщилась Шэннон, — мне кажется, советник должен быть похитрее и злее… Хотя я, как никто другой, знаю, что приветливая маска может скрывать в своей бездне чудовище. И чем дольше мы его ищем, тем вероятнее, что именно он замешан…
Замерев, мы погрузились каждая в свои размышления. Плавно перебрав воспоминания о Шэлле и о том, что было с ней связано, я остановила взгляд на Шэннон.
— Твоя семья богата?
— Да, — безразлично проговорила она.
— Тебе это не нравится? — меня не оставляло замечание Роша о драконице и её доме.
— Нравится. А если однажды богач скажет тебе, что ему не нравится богатство его семьи, то знай, он или дурак, или сам богат, или попросту врёт… Деньги, как ни крути, облегчают жизнь, но счастья это не приносит, Алекса. Вот же, Рош засранец! Ты ведь теперь не отстанешь, будешь крутить и крутить эту мысль в голове, возвращая её в наших беседах… Что бы тебе такого рассказать… чтобы ты успокоилась? — напускное безразличие и веселье в её голосе меня не обманули.
Моя насмешливо вздёрнутая бровь не дала ей усомниться, что я не поверила её словам о свободе.
— Не смотри так. У меня ещё есть кузина, что стремится выслужиться перед отцом и родом.
