О чём книга «Почувствуй это снова»
Герои когда-то были счастливы вместе, но расстались врагами. Теперь он предлагает дружбу, но она всё ещё любит его. Смогут ли они найти новый способ быть друг другу близкими, или прошлое не отпустит их?

Автор
Герои когда-то были счастливы вместе, но расстались врагами. Теперь он предлагает дружбу, но она всё ещё любит его. Смогут ли они найти новый способ быть друг другу близкими, или прошлое не отпустит их?
Утрамбовав шмотки в багажник, Матвей садится рядом со мной. Захар оглядывается.
— Готовы?
— Поехали уже, — просит с надрывом Матвей.
— Тебе точно лучше? — уточняю я. — Захар, ты сможешь вести?
— Ну разок–то твоей тезке я успел засадить, — усмехается он, выжимая педаль газа. Щелкает зажигалка.
— Не кури, — просит Матвей. — Пожалуйста, брат.
— Точно. Вы ж, лузеры, залетели, — со смешком отзывается Захар. Приоткрывает окно и выкидывает сигарету. — Что делать будете? Жениться?
Люба молчит. Я принимаю полугоризонтальное положение, устраиваясь поудобнее на груди Матвея. Закрываю глаза и расслабляюсь.
Машина мягко движется по накатанной колее. Матвей обнимает меня и прижимает к себе. Вскоре становится жарко, и он помогает мне снять пуховик и укрыться им.
А дальше я лежу с закрытыми глазами и борюсь со сном. Очень хочу дождаться ответа Матвея на вопрос Захара о женитьбе. Но засыпаю, так и не получив его.
Глава 24
Сквозь пелену тяжелого, крепкого сна доносится возмущенный голос Захара:
— Не пойду я! Не хочу светиться.
— Кто–то должен ее оттащить домой, — назидательно лечит вполголоса Матвей. Я узнаю этот его тон «взрослого» и невольно улыбаюсь: скучала. — Давай это будешь ты.
— Она пьяная внулину. Может, и обдолбалась, я в душе не е*у чем. Если ее родители на моих выйдут, мне хана. Скажут, что я угостил.
— Как они выйдут?
— Как угодно! По фамилии.
— Я мать Любину знаю, неудобно. Забирали–то утром трезвую, нехорошо вышло. Все понять не могу, когда она успела?.. И зачем? Впрочем, ладно. Сходи, а? Юля спит, не хочу ее тревожить.
— Потревожь уж как–нибудь. Поди не рассыпется. Меня без разговоров и анализов в рехаб упекут. В прошлый раз дров нарубился в тайге, по горло хватило. Сибирская лечебка — это тебе не то, что по телику показывают. Давай, Мот, не обсуждается. Оттаскивай эту пьяную курицу, и домой баиньки.
— Хорошо, иду.
Я тру глаза и потихоньку присаживаюсь. Нехотя. На груди Матвея было отлично.
Захар вновь оборачивается.
— Доброе утро, Юля. Не хочешь подружку до дома дотащить, — без вопросительных интонаций спрашивает он. Как бы намекая на правильный положительный ответ.
— Да отведу я ее, — встревает Матвей. — Похрен.
Я озираюсь по сторонам: мы в машине у Любиного дома. Сама Люба дрыхнет на переднем сиденье, негромко похрапывая. Быстро время пролетело, меня буквально выключило. И снилось что–то хорошее.
— О, уже доехали! — восклицаю радостно.
— «Доехали!» — передразнивает Захар и отворачивается.