По французскому штатному расписанию экипаж должен быть сто сорок пять человек. Вооружен корвет двадцатью восьмифутовыми пушками. На баке еще две восьмифунтовки, как погонные орудия. У англичан такого калибра нет, сократили. При этом их девятифунтовки могут при нужде стрелять французскими восьмифунтовыми ядрами, а у французов не получится использовать английские девятифунтовые. Так же поступят и в советской армии: наши восьмидесятидвухмиллиметровые минометы могли использовать натовские восьмидесятимиллиметровые мины, а наоборот не получалось. По английской классификации это корабль шестого ранга и требует полного капитана. Наверное, я становлюсь тщеславен, но мне надоело быть худым капитаном. Если меня не сделают капитаном корвета, подам в отставку.
Я повел приз не в Гибралтар, а к Тулону, где находился Средиземноморский флот. Судьбу захваченного военного корабля все равно придется решать адмиралу Джону Джервису. Когда флот вернется на базу, неизвестно, а мне хотелось прояснить свое будущее, как можно быстрее. Правда, по пути остановились на ночь возле берега. Корсиканцы отправились на промысел и вернулись с трофеями, среди которых были две большие бочки вина, семь коз и бычок. Вино они прихватили по привычке, наверное. На корвете единственное, что было в избытке, так это вино, причем довольно приличного качества, особенно в капитанской кладовой.
К вечеру следующего дня мы нашли Средиземноморский флот. Дул легкий бриз в сторону берега, и корабли курсом острый бейдевинд держались практически на месте. На подходе я обменялся сигналами с флагманским кораблем, сообщил о захвате корвета. Мне приказали лечь в дрейф поближе к «Победе» и ждать указаний. Я приказал спустить на воду катер, потому что капитану корвета, в отличие от коммандера люггера, неприлично добираться на лодке-четверке, приоделся, взял рапорт о захвате приза, написанный с использованием всех моих литературных способностей и знакомства с жанром ненаучная фантастика. В моем изложении более доблестных моряков, чем на люггере «Делай дело», английский флот никогда не имел и иметь не будет. Про подвиги капитана скромно умолчал. Джентльмену можно по ночам резать ножом глотки спящим людям (у каждого свое хобби), но хвастаться этим не пристало. В ожидании приказа прибыть на флагманский корабль разгуливал по шканцам, в который раз в уме отшлифовывая устный доклад. Каково же было мое удивление, когда увидел, что от «Победы» в нашу сторону движется четырнадцативесельный адмиральский катер, корпус которого был черный с желтыми полосами, напоминающий адмиральский китель, а весла с черными веретенами и желтыми лопастями.
— Экипажу построиться в парадной форме для приема адмирала! — приказал я.