То есть, она точно не знает, но так считает Долли Элмес, которая замужем не была и детей не имела, но хорошо разбиралась в симптомах. Вот так всегда с девушками: пошутишь, а она надуется. Я на следующее утро отправил письмо Фион с извещением, когда именно приеду, и через два дня, оставив Джеймса Фаирфакса командовать кораблем, потарахтел на дилижансе в Лоустофт.
53
Судя по тому, что больше всех обрадовалась моему приезду мисси Энн Тетерингтон, она была в курсе интересного положения дочери, хотя Фион позже уверяла меня, что мать не догадывается. Дочери считают матерей такими же глупыми, какими матери считают их самих. Мистер Джеймс Тетерингтон точно ничего не знал.
После того, как я ему сказал, что ситуация сложилась так, что мне надо срочно жениться на его дочери, заботливый и внимательный папаша воскликнул:
— А что случилось?! Мы же договорились, что после войны, когда Джеймс приедет в отпуск!
— К тому моменту у вас уже будет внук, и лучше, если у малыша будет законный отец, — поставил я в известность.
— Какой еще внук?! — не врубился он.
Как и большинство отцов, мистер Тетерингтон считает свою дочь образцом целомудрия и прочих добродетелей. То, что его жена была образцом добродетели для своего отца, ничему его не научило.
— Фион беременна! — выпалил я напрямую, потому что его тупость начала напрягать меня.
— От кого?! — задал он очередной умный вопрос.
— Угадайте с трех раз, — предложил я.
Мистер Тетерингтон погладил свою плешь, которая, как мне показалось, стала еще больше, и произнес, растягивая гласные:
— Да ты молодец! — потом добавил сердито: — Молодежь пошла — глаз да глаз нужен! Вот в мое время…
Я не стал говорить, что в его время было так же, только не он был родителем.
Свадьбу сыграли на дому. Спешку объяснили тем, что меня отправляют надолго в Ост-Индию, а все знают, что в колониях с обрученными мужчинами случаются самые невероятные вещи, что они даже забывают, что джентльмен должен держать слово, данное девушке. Священник из Лоустофта, похожий на измученного язвой и тупыми учениками преподавателя математики, окрутил нас минут за пять. Мне, многоженцу, процедура была неинтересна, а вот невеста летала немного выше их курятника. К концу речи священника Фион даже всплакнула, чем растопила его черствое сердце.
— Не надо плакать, дочь моя! Теперь у тебя начинается новая жизнь, будешь исполнять волю господа нашего «плодитесь и размножайтесь»! — патетично произнес он напоследок.
Метание венка на удачу пока нет. Жаль, я бы посмотрел, как будут сигать подружки невесты. Их, кстати, набралось чуть больше десятка. Я даже не подозревал, что по соседству живет так много молодых девиц, причем некоторые довольно таки смазливые. Наверное, именно поэтому мне их и не показывали.