Автор
В зеркале отражается недавняя улыбка, но уже покрыта мрачными мыслями о том, как бы она избавилась от месячных. Теперь это лишь напоминание о желании будущего ребенка и как он мог бы сделать разницу в ее отношениях с мужем.
Похоже, «Под маской моего мужа» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
На экране его интеллигентное классическое лицо смотрелось бы прекрасно. Лет сорока. В отличной форме, всегда с иголочки и вылизан. Очки в тонкой золотой оправе…
Но есть ещё и третий взгляд…
Я знаю его уже больше десяти лет. И смотреть на него я начала глазами не девушки, а ещё ребёнка. И я точно знаю, что у его губ очень жёсткий равнодушный изгиб, глаза его сделаны словно из того же материала, что и линзы очков. Прохладное стекло. Он хороший психоаналитик. Но между психоаналитиком и другом после смерти мамы я бы выбрала друга.
Кауфман мне не друг. Он «разъясняющий», что я должна чувствовать и что не должна в связи с разными событиями. Как будто бы это поддаётся дрессировке.
«Что ты чувствуешь, Валерия, после произошедшего?.. Скорбь? Обиду? Да. Так и должно быть. Ты имеешь полное право чувствовать это… Вину? А это — нет… Это не твоя ответственность…»
Мне всунули мозгоправа вместо друга. А Риту вместо мамы. А теперь убийцу вместо любимого.
Я отрабатываю отцовскую карму? Потому что я не знаю, чем могла так нагрешить.
— Здравствуй, Валерия.
— Здравствуйте, Альберт.
Сажусь напротив него в кресло, поджимая ноги. Базиля держу на руках. Тёплый щенок создаёт мне крошечное пространство любви, и это единственное, благодаря чему моя душа сейчас выживает.
— Мне жаль, что ты попала в такую ситуацию, Валерия.
Киваю.
— Давай определимся с целью нашей сегодняшней встречи. Озвучь.
— Цель… — задумчиво разглядываю шторы на окне библиотеки.
— Это психология социопатии, Валерия. Большая часть преступников — социопаты. Это значит, они не могут чувствовать боль и страдания других людей, погружаться в их чувства, присоединяться к ним эмоционально. Сопереживать, сострадать… И именно это позволяет им с лёгкостью убивать и вести себя жестоко.
Обдумываю сказанное.
— А я ведь Вам другой вопрос задала, Альберт. Почему Вы мне рассказали сейчас про социопатов?
— Потому что… — делает он паузу, ноздри недовольно вздрагивают. — Потому что ты, Валерия, должна понимать, что с тобой произошло.
