Автор
В зеркале отражение вызывает дрожь — один глаз напоминает о морозе, другой — о гладком квадратном стекле. Месячные прошли, но нет ни малейшего признака беременности. Вот уже неделю хочется жить в настоящем браке, а не как снимок в фотографии, где муж любит и жену, и игрушки....
Похоже, «Под маской моего мужа (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Почему??"
"— Он мне не понравился. Мне не понравилось, как он смотрел на тебя и как касался.
— Я люблю тебя. Другие мужчины мне не интересны, как бы они на меня ни смотрели.
— Женщины падки на внимание, всё меняется. Как мужчина, я буду защищать свои отношения. Ты туда не поедешь.
— Это клиент, Ром! Нельзя так параноить.
— Мне он не нравится! — рявкает он негромко.
— Он и не должен тебе нравиться! Это, блять, моя работа!!! И, возможно, наша защита от отца.
— Мне не нужна защита от твоего отца!
— Что происходит? — растерянно смотрю на него.
Мы с ним ни разу и не ссорились так! Из-за ревности?.. Серьёзно?..
Игнор. Телефон, зажатый в его второй руке, звонит. Хмуро смотрит на экран. И… его лицо вдруг снова неожиданно преображается. Щёки горят, он бросает на меня слегка виноватый взгляд и тут же прячет эмоции за маской невозмутимости, но выглядит это всё так, словно звонит некто, о ком я не должна знать. Меня даже на секунду дёргает ревностью, и я почти что решаюсь выдернуть телефон из его рук, чтобы посмотреть…
— Здравствуйте, Дамир Булатович.
Оу… Папа! Краснею от стыда за порыв ревности. Ничем не лучше своего зайца!
— Да… Да… — поглядывая на меня. — Всё хорошо. Да… Здесь. Рядом. Была, да. Защитилась? — переводит на меня требовательный взгляд.
Киваю. Вот откуда отец знает? Ни слова я ему не говорила про сегодняшнюю защиту проекта.
— Что?.. — вздрагивает лицо мужа. — Что?!.. Как?.. Уже?.. Нет, подождите… — нервно оттягивает ворот футболки, как будто ему душно или тянет.
Таким взорванным, эмоциональным и нервным я не видела мужа никогда.
— Рома, что он там говорит? Дай мне его! — начинаю тоже нервничать. Тяну руку к телефону, но Роман, не глядя, отводит её, словно отмахивается.
— Мы обсуждали другой срок, — тяжелеет его тон.
Какой ещё, к чёрту, срок? О чём он?!
Отец что-то агрессивно и долго вещает ему. Я слышу интонации, но смысл уловить не могу.
— Я понял, да, — проседает Ромин голос до сипоты.
— Что это было?
Игнорируя меня, он срывает тачку с места, делает неадекватно резкий разворот практически на месте, едва вписываясь между тачками. Вскрикиваю, разбивая от резкого манёвра локоть о стекло.
— Аккуратней!
Бьёт по газам, снова срываясь с места и снося боковое зеркало тачки, которая слишком вальяжно припаркована у тротуара.
