Автор
В столице начала XXI века все кажется знакомым и одновременно отчужденным. Выходя из метро в центре Москвы, вы сразу ощущаете разницу: лиственница посередине улицы, как если бы 100 лет назад, парящий мост над Казанским прудом и торговый центр на Лубянской площади. Рев моторов соседних улиц несёт с собой ощущение вечности и роскоши. Это "Подельник века" — мир будничного прекрасного, где каждое пространство и время имеют собственное значение....
И почему, собственно, Двуреченский не поставил Георгия в известность хотя бы о том, что рыжая бестия сбежала. Помогло налаживание неформальных связей со Стешей. Пара плиток шоколада фабрики Сиу – и вся информация была у агента. Сидел Лодыга в «Матросской тишине». Недолго, всего лишь несколько дней. И губернский, а ныне коллежский секретарь действительно мог об этом даже не вспомнить.
В 1912 году тюрьму, названную в честь существовавшей когда-то богадельни для матросов-ветеранов, основательно перестраивали.
А вспоминая о Лодыге, Георгий решил навестить в тюрьме… Хряка. Тем более что это была одна из его святых и должностных обязанностей – помимо перебирания бумажек и подготовки к 300-летию Дома Романовых изловить оставшихся членов банд, в которых он когда-то состоял сам, – шаек Хряка и Казака.
Все Хряковские, участвовавшие в нападении на Ратмана и Двуреченского в Сандуновских банях и после, уже были пойманы, изобличены и пребывали в местах не столь отдаленных. За исключением одного сбежавшего.
С Казаковскими сложнее… Но тоже никто из них особо не показывался, все залегли на дно, в последних экспроприациях и прочих преступлениях замечены не были. В городе как будто стало тише, в том числе благодаря Ратманову.
В отличие от Лодыги, Хряк сидел не в «Матросской тишине», а в «Бутырке», крупнейшей московской и главной пересылочной тюрьме всей России.
Из досье, которое попаданец однажды прочитал в будущем, он знал, что Хряк пробыл здесь недолго.
Одна неувязочка – Ратманов теперича был жив и даже относительно здоров, сидел как ни в чем не бывало в комнате для свиданий и дожидался своего прежнего босса.
– Свинов! – скомандовал тюремный надзиратель, и в комнату завели знакомого персонажа.
