Автор
В столице начала XXI века все кажется знакомым и одновременно отчужденным. Выходя из метро в центре Москвы, вы сразу ощущаете разницу: лиственница посередине улицы, как если бы 100 лет назад, парящий мост над Казанским прудом и торговый центр на Лубянской площади. Рев моторов соседних улиц несёт с собой ощущение вечности и роскоши. Это "Подельник века" — мир будничного прекрасного, где каждое пространство и время имеют собственное значение....
Его непосредственный начальник, глава московских «охранителей» Мартынов, был чем-то недоволен. Но от громкого голоса помощника встрепенулся и он:
– Мы их всех, как лучами Рентгена, просветим! Подлежащих сомнению вычеркнем. Мало-мальски опасных вообще вышлем из города! – Барон был доволен произведенным эффектом, после чего вернулся к обычному тембру голоса. – Но ведь августейшее семейство не на облаке сидит. Из Кремля оно пойдет на закладку памятника Минину и Пожарскому. Пешком, в окружении патриотически настроенной толпы.
– Так что вы предлагаете? – не выдержал Мартынов.
– Там идти всего триста саженей. А от Владимира до Суздаля тридцать четыре версты. Но эти сажени будут опасней, чем те версты, – продолжил методично объяснять ротмистр. – Путь между городами станут охранять конные стражники, дюжина урядников, общая полиция. Еще дворцовая, переодетые агенты Охранного отделения, собственный его величества конвой. Мышь не проскочит. Все на виду, любого выскочку издалека разглядишь.
– Как?! – спросили все уже хором.
Штемпель сделал театральную паузу, набрал в легкие воздуха и бухнул:
– Среди них нужны наши люди…
5Местная ячейка СЭПвВ привычно заседала в старом доме.
– Диктофон все еще пишет?
– Конечно.
– Все-таки я не понимаю, зачем нам в прошлом эта штука?
– Вам уже много раз объясняли.
– А может, оно мне и надо?!
– Сделаю вид, что я этого не слышал.
– Господи, Монахов, ну мы как в школе! Вы – нам не учитель, а мы не ученики! Перестаньте вести себя с нами как с малыми детьми!
– Вы только что нарушили пункт четырнадцать точка два памятки о правилах поведения во время командировки сотрудника Службы эвакуации пропавших во времени.
– Да хватит уже «выкать», надоел!
– Прошу прощения, а в чем именно состоит нарушение? – В разговор наконец вмешался кто-то третий, а именно – обладательница примирительного женского голоса.
– Он назвал фамилию, – коротко пояснил председательствующий.
– А я и не такое назову! Я вам сейчас все-все про него расскажу! Например, о том, что он входит в ячейку партизан времени! Что, съели?!
– А это уже серьезное обвинение… – вмешался четвертый.
