Автор
В столице начала XXI века все кажется знакомым и одновременно отчужденным. Выходя из метро в центре Москвы, вы сразу ощущаете разницу: лиственница посередине улицы, как если бы 100 лет назад, парящий мост над Казанским прудом и торговый центр на Лубянской площади. Рев моторов соседних улиц несёт с собой ощущение вечности и роскоши. Это "Подельник века" — мир будничного прекрасного, где каждое пространство и время имеют собственное значение....
После чего первый засобирался:
– То есть что бы мы сейчас ни решили, мы все равно сделаем все правильно?
– Вам доставляет особое удовольствие задавать дурацкие вопросы?
– Ну тогда расходимся! Мне завтра рано утром – на неосновную службу в одно неосновное учреждение, которое через несколько лет вообще перестанет существовать вместе со всем этим гребаным и временным общественным строем!
– А вы сделали все, что должны были сделать к сегодняшней дате? – подал голос пятый.
– Вам отчет показать? Вон. Там все написано.
– Это замечательно.
– Вы только что произнесли стоп-слово, – вмешалась строгая и миролюбивая.
– Какое?
– Анархисты времени.
– Ну вы сами его только что произнесли. И почему это стоп-слово? И как этих ребят нынче величать?
– Партизаны, – пояснил рассудительный четвертый. – В прошлую пятницу из центра приходила последняя редакция памятки.
– Партизаны времени?
– Да нет, просто партизаны.
– Как в Великую Отечественную?
– Как в любую. На войне как на войне… Малополезная, но показательная дискуссия продолжилась бы и дальше. Но послышался щелчок. Запись диктофона остановилась.
– Он что, пленочный? – удивился участник собрания под номером три. – Не могли электронный прислать.
– Не прислать, а соорудить. Вспомните, где мы находимся. Запись ведется на каучуковый валик!
– Вы вечно цепляетесь к словам. Я говорил в общем и целом…
– Кстати, слабо сказать что-нибудь эдакое, не под запись?
– Господи, давайте только без политоты!
– А Ленин – политота? Или Николай Второй?
Или Иван Грозный?
– Все, я пошла…
– Ну а вы что скажете? Шестой молчал.
2"
"Другая таинственная группа – партизан или бывших анархистов времени – для конспирации собиралась в церкви. Судя по всему, речь также шла о пяти-шести активных участниках. И узнать о них больше было не легче, чем о тех, кто с ними боролся.
Партизаны разместились вокруг исповедальни – специальной кабинки с окошками, занавешенными непрозрачной материей.
– Ну что, святой отец, отпустишь грехи али как? – подал голос первый.
– Али как. Что по делу? – «Святой отец» был не расположен шутить.
– А по делу ничего нового. Заговор зреет… как и зрел.
