Автор
При входе в заслуживающий пристального внимания особняк начинается знакомство с Екатериной — заместителем депутата. Она растерянно осматривает его великолепие, где явствует беззаботная роскошь и жалость к бедным соседям. Атмосфера в доме напряжена и странным образом притягивает Екатерины к своей хозяйке — богатой и холодной леди, которая подкинула ее на руки как самую убогую из своих многодетных дочерей....
— Бери-бери, — усмехаюсь ядовито. — Заработала, — не сдерживаю колкости.
Катя заливается румянцем, но буквально через пару секунд хмуро сводит брови. Злится и нервничает, вот только огромные лазурные глаза почему-то поблескивают.
Не поверю ее слезам. Больше нет.
Резко разворачиваюсь и спускаюсь с крыльца. В какой-то момент мне кажется, что в спину летит сиплое и до боли родное «Ди-им». Оглядываюсь, но вижу лишь запертую дверь.
Значит, показалось. Совсем свихнулся. Помешался на ней. На чужой жене и по совместительству подлой предательнице.
Ничего, вытравлю ее из мыслей. Со временем.
Сам виноват. Никогда в баб не влюблялся. Не стоило и начинать…
Глава 12
Екатерина
— Клубы? — шепчу себе под нос, перебирая документы. — Но мне это… — и выдаю достаточно громко, чтобы Дима слышал, — …не надо!
Тем временем Щукин хватает за грудки Лешу и встряхивает его яростно. Мельком отмечаю, что у последнего разбит нос. Да когда Дима успел его ударить? От нервов я почти ничего не соображаю, словно нахожусь в прострации.
Единственное, чего я хочу сейчас, так это чтобы Дима забрал меня отсюда. Домой, к Машеньке. Ведь он за этим приехал? Или нет?
Щукин переводит внимание на меня, и я замечаю злой блеск в его глазах. Сейчас вместо привычного обволакивающего меда в них плещется лава.
Ненавидит меня? Из-за Леши? Но я ведь всего лишь жертва обстоятельств. Неужели Дима не видит? Не чувствует, как мне плохо сейчас? Не понимает, что я нуждаюсь в нем и его защите?"
"Хотя представляю, как сложившвяся ситуация выглядит со стороны.
В конце концов, я ничего не должна мужу! Бывшему! Который противно сопит сейчас рядом и кровь по лицу размазывает. У меня не екает ничего внутри. Чувств не осталось. Никаких, кроме отвращения.
Решительно захлопываю папку с документами, потому что меня не интересуют никакие объекты! Не понимаю, зачем вообще Щукин оформил их на мое имя. Еще и привез лично. Проверить хотел?
— Дима, мне ничего не нужно! — вскрикиваю в отчаянии, желая объясниться. — Мне… Я…
«Мне нужен ты. И Машенька», — проносится в голове, но признание застревает в горле.
