Автор
В подвалах замка лежит невеста-светлана белая, готовясь к своей потенциальной роли. Среди тьмы и холодных лучей фонарей она чувствует себя неуютно, хотя знает, что каждый жест может повлиять на её судьбу. Брюнет поет команды на непонятном языке, заставляя девушку пересказывать каждое слово для сохранения тайны и ума....
Правда люди, встречавшие нас на ухоженных живописных улицах траурного настроения де-Идов не разделяли: они радовались и пытались бросать под ноги моего коня яркие лепестки цветов, но купол магической охраны не пропускал ничего кроме ветра.
Я понимала всех этих горожан. Они страдали от конфликта гораздо больше, чем аристократы. Именно их сыновей рекрутировали на службу, им увеличивали налоги и подати. Мои наниматели не озвучивали данного факта, но миры могут быть разными, а последствия войн везде одинаковые.
Возле портала нас ждали. Разумеется, не Валерон какой-то там собственной персоной, а его глашатай, который зачитал торжественную речь с напутствием и попутным восхвалением монаршей особы в урегулировании многовекового конфликта. Толпа зевак, собравшаяся на площади, ликовала, Дэнион громко скрипел зубами, я мысленно надеялась, что зубы у де-Ида всё-таки сломаются – в общем, все были при деле.
Из обилия пафосный слов, которые с таким воодушевлением громким поставленным голосом произнёс глашатай, я для себя вычленила только пару моментов.
Я ехидно улыбнулась, но, встретившись с полыхающими яростью синими глазами Дэниона, нахмурилась и потупила взгляд.
– Счастья молодым! – громко произнёс глашатай, закругляя свою речь, а толпа подхватила это пожелание, оглушая меня своими криками.
В это время двое магов возле портальной арки закончили свои приготовления, и проход затянулся ртутно-серебристой плёнкой магии.
Волшебные кони с крыльями к разрыву пространства шли спокойно, а вот я нервничала. В прошлый раз, когда де-Иды протащили меня через нечто подобное в свой мир, меня потом долго и нудно тошнило.
