Автор
В подвалах замка лежит невеста-светлана белая, готовясь к своей потенциальной роли. Среди тьмы и холодных лучей фонарей она чувствует себя неуютно, хотя знает, что каждый жест может повлиять на её судьбу. Брюнет поет команды на непонятном языке, заставляя девушку пересказывать каждое слово для сохранения тайны и ума....
Работающий гномий артефакт слегка вибрировал на моей руке, но надёжно защищал от всякого рода прослушки, даже магической.
– И что из этого? – торопил меня нетерпеливый приятель.
– Ты же знаешь блондинистых снобов. Они предложили королю Лаэты сначала попробовать помириться с нами. Тот повозмущался, но был вынужден сделать вид, что пошёл навстречу «этим животным». Переговоры привели к тому, что было подписано соглашение о браке. Валерон настаивал на том, чтобы сам Драссар женился на его дражайшей племяннице, но нам удалось отговориться от этого.
– Почему было не женить на ней кого попроще? Меня например? – озорно подмигнул мне приятель, пытаясь хоть немного поднять мне настроение.
Но суть происходящего Фар понял правильно. Мой титул достаточно высок, чтобы не оскорбить лаэртийцев, но пожертвовать мной в угоду процветания Пирии всё же можно. Не могу сказать, что я прямо рад подобному положению, но если ставить выбор между мой и кузеном, то смысла противиться я не видел.
Отвечать Фариду не стал. Некоторое время мы стояли и молча пялились на пустую портальную арку, а потом мой непоседливый друг не выдержал и снова спросил:
– И как же теперь? Брак-то всё равно не состоится. Магички считают нас грязными животными, а для свершения ритуала нужна хотя бы симпатия.
– Никак. Драссар вернётся к переговорам и будет настаивать на том, что мы не отказались от своих обязательств и хотим мира, – спокойно ответил я.
Мир действительно был очень нужен моему народу. Думать о том, что эльфы помогут лаэртийцам сломить наше сопротивление, приводила в отчаяние. Столько веков мы бились за независимость от магов, а теперь всё под угрозой. Ради того, чтобы этого не допустить, я готов был принять в жёны любую из магичек, какой бы отвратительной, заносчивой и чванливой она бы ни была.
Будущую жену я ещё не имел возможности увидеть, но магический портрет, который прислали из Лаэрты, внушал надежды.
С этими мыслями я снова уставился на портальную арку. Долго ждать не пришлось.
