Клим внимательно осматривал девушку в оружейной комнате, где обычно принимали его дежурства после работы. В этот раз она была совсем другим типом: спокойная и непринужденная рядом с корчивающимся прапорщиком, как будто знала что-то особенное о Климе. Подводная война ждет за этими калитками — атмосфера напряжения висела в воздухе как пароксизм глубинной секретности и молчаливого профессионализма....
– Давайте сначала решим с вашим товарищем, а потом поговорим о следующих шагах, – сморщившись, как от зубной боли, сказал комиссар, нажимая кнопку на столе.
Буквально через секунду в кабинет ворвались трое громил. Прозвучала команда на незнакомом языке. Малыша моментально окружили, и на его запястьях защелкнулись наручники.
Несмотря на свой устрашающий вид, чернокожие полицейские держались с Малышом очень осторожно. Видимо, рассказы о его подвигах быстро распространились по полицейскому управлению.
Вслед уводящим Малыша полицейским прозвучала еще одна фраза.
«Жалко, что я не знаю этот туземный язык!» – подумал Клим.
В дверь коротко постучали.
– Войдите! – по-английски сказал комиссар.
Появился очередной полицейский. Ванкоуф строго взглянул на вошедшего.
Молодой чернокожий лейтенант с явной примесью белой крови был одет в длинные шорты и рубашку защитного цвета. Смотрел он на комиссара, как кролик на удава. Ванкоуф о чем-то спросил лейтенанта, требовательно подняв указательный палец вверх.
– Есть, сэр! – немного подумав, сказал лейтенант, круто развернулся и на хорошей скорости рванул из кабинета.
– Сейчас для вашего друга составят сопроводительные документы и вечером отправят на остров, – удовлетворенно потирая руки, сообщил комиссар.
– Что будем делать с моим приятелем Сидом? – спросил Клим, вставая со своего места.
– С этим Сидом возникли проблемы. Я не могу его просто так отпустить, – озабоченно сказал комиссар, теребя кончик носа.
– Неужели комиссар полиции не может вытащить из застенков полиции одного человека? – делано удивился Клим.
Клим понимал, что с его новоявленным приятелем не все так просто, но помочь сильно хотелось. Да и подспудно Клим чувствовал, что помощь богатого человека в этих диких местах может понадобиться.
– За Сида просили очень влиятельные люди, но выпустить его практически невозможно! – патетически воскликнул комиссар, картинно всплеснув руками.
Поняв, что комиссар снова уходит от разговора, Клим напрямую спросил:
– Сколько вы хотите за полное освобождение Сида?
– Очень сложное дело.
«Без местного аборигена нам не обойтись! Надо вытаскивать Сида из полиции, пока ему не помогли покинуть этот мир!» – решил Клим, вслух сказав:
– Все зависит от полноты налитого стакана!
– Не понял! – громко сказал комиссар, широко открыв глаза.
