Клим внимательно осматривал девушку в оружейной комнате, где обычно принимали его дежурства после работы. В этот раз она была совсем другим типом: спокойная и непринужденная рядом с корчивающимся прапорщиком, как будто знала что-то особенное о Климе. Подводная война ждет за этими калитками — атмосфера напряжения висела в воздухе как пароксизм глубинной секретности и молчаливого профессионализма....
В моей практике был случай, когда детям банкира только при подозрении на задержку платежа отрезали уши и показали папочке.
– Не пугай человека! Уши ведь потом пришили! – тоном пай-мальчика заметил Клим.
– У девочки левое ухо так и не прижилось! – удрученно заметил Малыш.
– Протез в Израиле сделали – лучше настоящего! И стоит, и шевелится, и даже может поворачиваться на девяносто градусов! – восхищенно заметил Клим, внимательно всматриваясь в комиссара, который на глазах терял свою вальяжность.
Снова запиликал телефон.
Клим, ни слова не говоря, вытащил телефон из стола полицейского и нажал кнопку приема.
– Наш человек сидит в полиции острова Фолка. У него проблемы со здоровьем – старая астма, которая в любой момент может привести к летальному исходу! – на одном дыхании сказал Антей и отключился.
– Заморозить ваш счет – не проблема. Вот снова открыть – это намного сложнее, – задумчиво сказал Клим, уставясь на комиссара тяжелым взглядом.
– Я все, что надо, сделаю! Только не трогайте мои деньги! Мне надо лечить ребенка от наркомании! – тоненьким голоском пропищал комиссар, протягивая к Климу пухлые ручки.
– Мне надо вытащить из тюрьмы острова Фолка одного человека! – потребовал Клим, прекрасно понимая, что раз Антей сам позвонил, значит, у него безвыходное положение.
– Очень сложный вопрос! Понимаете, там начальник полиции Стив Гроут, и он очень своеобразный человек.
Мало того что у меня не сложились с ним отношения, так он еще кристально честный человек, у которого нет недостатков, – начал рассказывать комиссар, в голосе которого слышалось неподдельное восхищение.
– Семья у него есть? – спросил Малыш, понимая, что Климу нужно время для принятия решения.
– В том-то и дело, что на него нет никаких рычагов воздействия! Семьи у него нет, живет один – все свое время отдает службе! Этакий шериф Дикого Запада! – стукнул ладонью по столу комиссар.
– Значит, делаем так! – начал говорить Клим, вставая со своего места.
– Все на этом острове к вашим услугам! – заверил комиссар, тоже вставая.
– Вы рисуете какое-нибудь не слишком весомое дело на этого русского, – палец Клима ткнул в Малыша, который, прислонившись к стенке, меланхолично чесал грудь, – и отправляете арестованного на остров Фолка. У него очень «приличный» вид для арестанта, который побывал в руках полиции. Сам я лечу на этот остров в качестве туриста.
– Не получится! Остров Фолка закрыт для посещения туристов.
