Перед Равилем маячил пейзаж руин — заброшенная деревня и бесконечные степи. Стрелок выглядел одиноко на высоте, но он знал, что его не видит никто. Первая пуля прошла мимо цели, но Равиль понял, что если снова промахнется, то это окончательно. Он продолжал дышать и ожидать момента, когда враги начнут атаковать деревню. Время текло медленнее, но каждый миг был важен для его выживания и уничтожения противников....
К его удивлению, он увидел не того, кого ждал. На площадке стоял Ефимов в штатском костюме. Если бы они могли посмотреть на свои лица со стороны! Тут было над чем посмеяться.
– Извините. Василь Василич дома? – спросил Ефимов, впившись взглядом в чужака.
– Он уехал в отпуск, – ответил Сычев.
– Извините.
Подполковник повернулся и зашагал по лестнице вниз. Сычев захлопнул дверь и вернулся в комнату.
– Боюсь, что Ефимов тут ни при чем, – задумчиво протянул следователь.
– А я могу утверждать, что версию с ограблением можно не рассматривать вовсе.
Горелов стоял возле открытой коробки из-под телевизора и чесал белобрысый затылок. Коробка была набита пачками денег. Сычев подошел ближе, щелкнул языком и добавил:
– А убийца ничего не знал о Кузьмове. Он чужак. Ушел и оставил то, ради чего все они живут!
– Черт! – промычал лейтенант. – И сразу все стало каким-то странным и непонятным.
– А ты хотел, чтобы все шло по твоему сценарию? Рано тебе в Конан-Дойли записываться.
* * *Не ломая своих традиций, Дмитрий Николаевич Шевцов обедал в «Савойе» строго по своему распорядку.
Хлыста допустили к хозяину, когда Шевцов перешел к десерту. Яков Корин вел себя свободно и присел к столу раньше, чем его пригласили. Но Шевцов не придал этому значения, его беспокоили другие проблемы, и он не скрывал своего раздражения.
– Что творится в казино, Гек?
– Некоторые перестановки. Мелочи, которые вас не должны беспокоить.
– Некоторые? Легавый сел в кресло главного звена. Это не шутка.
– Он под моим контролем.
– А что случилось с Глухарем?
– Диагноз – паралич сердца. Это заключение врачей. Мы ничего не потеряли. Глухарь давно уже вышел из-под контроля и работал на себя при поддержке банды Соленого. Он выполнял наши требования, хоронил и вычищал мусор за стрелками Князя, выполнял охранные функции, но этого слишком мало.
Шевцов вытер губы салфеткой и закурил.
– Значит, Глухарь пользовался нашей крышей в своих целях. Где его люди?
– Разбрелись по мелким группировкам.
– И кто же будет нас защищать? Где силовики?
– Мы пустим в подвал ментов. Они еще не избалованы красивой жизнью и будут служить с большим рвением. Свято место пусто не бывает.
– Хочешь создать филиал Петровки под эгидой игорного дома?
Четвертый этаж – бордель.
