Перед Равилем маячил пейзаж руин — заброшенная деревня и бесконечные степи. Стрелок выглядел одиноко на высоте, но он знал, что его не видит никто. Первая пуля прошла мимо цели, но Равиль понял, что если снова промахнется, то это окончательно. Он продолжал дышать и ожидать момента, когда враги начнут атаковать деревню. Время текло медленнее, но каждый миг был важен для его выживания и уничтожения противников....
Генерал Боровский стоял в стороне, речей не произносил, но очень внимательно следил за происходящим.
Траурный марш затих, гроб предали земле. Каждый бросил горсть земли, и люди медленно побрели к автобусам и автомобилям.
Проходя мимо Саранцева, генерал тихо сказал:
– Проводите меня до машины, подполковник. – У Саранцева что-то оборвалось внутри. Он не обладал теми качествами, что его покойный друг, и чувство страха ему было знакомо больше, чем мужество и храбрость. Ему всегда приходилось стоять за спиной Ефимова, но теперь этой защиты не существовало.
– Не надо нервничать, подполковник. – Генерал шел медленным размеренным шагом и смотрел вперед. – Ваш час пробил. Разве не этого вы хотели?
– Григорий был моим…
– Я знаю, кем он был. Если бы он не погиб, то сгнил бы за решеткой. Люди его профессии должны быть очень осмотрительны. Я не имею в виду следственную работу, которой покойный уделял слишком мало времени. Вы это и без меня знаете.
– Но мы… Вообще, конечно, я с вами согласен, но…
– Но тетрадку с признаниями Кузьмова вы по другой причине подбросили в секретариат министерства.
– Но мы практически…
– Практически, Саранцев, вы являетесь соучастником убийства банкира Бронштейна в реанимационном отделении. Не дергайтесь.
Генерал подошел к черной «Волге», сел в машину и уехал.
Саранцев оглянулся. Он видел, как его жена ведет под руку зареванную вдову.
– Ну, Ириша, теперь ты уже не будешь врать подружкам, что твой муж полковник.
Никто не слышал этих слов. Их говорил второй Саранцев, а первый подхватил вдову с другой стороны.
У Пушкинской площади Боровский велел шоферу остановиться. Генерал спустился в подземный переход и вышел на Тверскую со стороны «Известий», где его поджидал джип.
