Перед Равилем маячил пейзаж руин — заброшенная деревня и бесконечные степи. Стрелок выглядел одиноко на высоте, но он знал, что его не видит никто. Первая пуля прошла мимо цели, но Равиль понял, что если снова промахнется, то это окончательно. Он продолжал дышать и ожидать момента, когда враги начнут атаковать деревню. Время текло медленнее, но каждый миг был важен для его выживания и уничтожения противников....
На заднем сиденье отдыхал Олег Кириллович Велихов, который также, как и генерал, возвращался с похорон.
– Тяжелый сегодня день, Олег Кириллыч.
– Вы правы, Денис Спиридоныч, но что делать, жизнь продолжается, и мы обязаны подбрасывать поленья в топку и поддерживать огонь. Вы на деревья-то взгляните. Зеленеют не по дням, а по часам. А это еще только листочки. Ягодки будут впереди. Сейчас приедем ко мне, и вы сможете вдохнуть полной грудью."
"– Вы счастливчик. Можете себе позволить жить за городом и наслаждаться природой.
– Все зависит от степени занятости и методов работы. Пора и вам, любезный генерал, приобщаться к нашему делу. Речь идет об огромных деньгах. Вы можете попасть в десятку богатейших людей России. Вопрос времени и желания.
– Заманчивое предложение, если речь идет о настоящих деньгах, а не о фантиках. Надеюсь, вы не готовите меня в свои очередные жертвы.
– Дорогой Денис Спиридоныч. Мы давно уже играем в одну и ту же игру на одной стороне.
– Ну то, что вы мне не договаривали, я додумывал сам. О том, что в вашем подвале печатаются фальшивые доллары, никто мне не говорил.
Велихов рассмеялся.
– Ага! Значит, все-таки догадались? Молодец! Вот что значит профессионал.
– Профессионализм здесь ни при чем. Логическая цепочка и некоторое напряжение ума. Ваш заказ на ликвидацию Бронштейна поставил все точки.
Бронштейна убрали.
– О, для меня это слишком большая честь.
– Ну а как же. Деньги шли в Соединенные Штаты для обмена. Бедняга Бронштейн вовремя умер.
– Да-да, иногда приходится принимать очень неординарные решения. Вот к чему приводят шалости старого печатника.
– Эта мысль и у меня в голове мелькнула. Как тут не вспомнить о том, что заказчик убийства имеет в Москве четыре типографии с самым совершенным оборудованием.
