Через картину они подсознательно заставляют своих гостей выбрать сторону. Ангелы или демоны. Добро или зло.
Я всегда считал себя выше подобных интеллектуальных игр, но теперь, глядя на разъяренные паранормальные лица, застывшие в их боевом кличе, я не могу не почувствовать легкий укол дискомфорта.
Еще одна вещь, которую они надеялись сделать, поместив картину здесь.
Старший охранник Сергея останавливает Колю и Игоря у подножия лестницы и грубовато говорит по-русски.
– Наверх пускают только Волкова.
Коля шагает рядом со мной.
– Я пойду с ним."
"– Только Волков, – повторяет охранник, вытаскивая пистолет.
Коля лезет в кобуру, без сомнения, чтобы вытащить свое оружие, но я качаю головой. Я следую за охранником Сергея вверх по лестнице в его кабинет, но прежде, чем войти внутрь, охранник встает между мной и дверью.
– Твой пистолет.
Это первый раз, когда меня попросили оставить оружие у двери. Хотя я полагал, что Сергей не звал меня на чай, если он собирается обезоружить меня, это может быть моим свидетельством о смерти.
Я лезу под куртку, достаю пистолет и отдаю его охраннику. Он обыскивает меня на предмет спрятанного оружия, прежде чем постучать в дверь и открыть ее для меня.
Мне требуется мгновение, чтобы войти. Если бы это было несколько лет назад, мне было бы наплевать на то, что меня вызвали, но, если бы это было несколько лет назад, я бы не позволил своей системе подвести меня. Я не был бы нелогичным.
Я бы не был... жив.
Потому что несмотря на то, что я раньше совершал акт жизни, я никогда по-настоящему не жил, пока Лия не вошла в мою жизнь.
Я имел в виду то, что сказал Коле ранее: Лия стоит того, чтобы подорвать мою систему, вырыть себе могилу и поставить себя в такое неблагоприятное положение. Я бы сделал это снова, если бы это означало, что она у меня будет.
Охранник следует за мной внутрь, затем закрывает дверь и встает перед ней на случай, если я попытаюсь сбежать.
Не то чтобы я хотел.
Сергей сидит в гостиной, а Игорь и Владимир напротив него, их лица тверды, как гранит.
Четверо их охранников стоят в вертикальном положении у балкона.
Я останавливаюсь перед Сергеем и не утруждаю себя приветствием.
– Ты спрашивал обо мне?
– Да, я спрашивал о тебе, – Сергей крепко вцепился в подлокотник кресла. – Тебе не кажется, что тебе нужно кое-что объяснить, Волков?
– Какого рода объяснение?
– Смерть Ричарда. – Владимир сидит и смотрит на меня. Хотя мы примерно одного роста, он крупнее и у него более пронзительный взгляд.
