Ты – моя последняя остановка, и я планирую остаться, а не двигаться дальше.
– Ты тоже моя последняя остановка.
Мое сердце трепещет, а желудок сжимается от нежности и решимости в его тоне. Мы остаемся в таком положении в течение нескольких секунд, впитывая существование друг друга. Мне хочется обнять его и рыдать у него на груди, как тогда, в больнице, после того, как моя карьера закончилась.
Прошло много лет, но я все еще вспоминаю тот момент, когда я начала влюбляться в него. Балет был единственным, что имело смысл в моей жизни, и когда я потеряла его, у меня не было стремлений и цели.
Все казалось бесполезным и пустым.
Он был исключением.
Он не только медленно заполнял пустоты, но и запрещал мне убегать. Он стал моим щитом и продолжал это делать, даже когда я поцарапала броню и попыталась уничтожить ее.
Глубокий вздох покидает его.
– Ты должна иметь в виду, что теперь будет только хуже."
"Я моргаю, выводя себя из задумчивости.
– Как хуже?
– Лазло, очевидно, подумает, что я специально скрыл от него твое существование.
Сергей и все члены братства будут пристально следить за нами обоими. И все еще есть этот ублюдок Лука, и никто не знает, где он прячется.
Моя ладонь лежит на его груди, и я слегка поглаживаю ее. Я не хочу прекращать прикасаться к нему, чувствовать его, убеждаться, что он действительно здесь, а не мертв.
– Хуже может быть только до тех пор, пока не станет лучше.
Он ласкает мою щеку кончиками пальцев.
– На твоем месте, Леночка, я бы не был так оптимистичен.
– Так и есть.
Все, что ты упомянул, пугает, но ничто из этого не пугает меня так сильно, как мысль о том, что я потеряю тебя. Пока мы вместе, я могу пройти через все, что угодно.
– Правда?
– Абсолютно. – Я провожу пальцами по порезу на его губе и хмурюсь. – Тебе очень больно?
– Не так сильно, как мысль о том, что я никогда больше не увижу тебя или оставлю без защиты.
– Тогда никогда больше не думай об этом. Я серьезно, Адриан. Ты не смог бы избавиться от меня, даже если бы попытался. Мы дали клятвы, и я намерена их сдержать.
– Я думал, тебе не нравятся эти клятвы.
– А кто сказал, что они мне не нравятся?
Он поднимает бровь.
– Тот факт, что ты умоляла меня не жениться на тебе.
– Я ненавидела то, как ты вынудил меня к этому, не поговорив со мной об этом, пока я все еще оплакивала конец своей карьеры, но я никогда не жалела, что вышла за тебя замуж. Это должно было случиться рано или поздно.
– Как я тебе и говорил. Ты наконец-то возвращаешься к моим словам.
