Они оба были детьми, и у многих в Нью-Йорке есть соседи-итальянцы. Я не чувствовал, что мне нужно углубляться в детали.
Он прав. Это не должно было иметь значения. Но после того, что упомянул Кирилл, у меня есть подозрение, что этот Лука замешан даже больше, чем я когда-либо думал.
Есть только один человек, который может рассказать мне подробности, даже если мне придется наказать ее.
– Давай на этом закончим, Коля. – Я встаю, и мой заместитель следует за мной.
– Борис прислал мне сообщение ранее, и я не хотел тебя беспокоить.
– О чем?
– Госпожа Волкова отправилась в гостевой дом навестить Яна.
Я сжимаю кулак.
– Ты не хотел меня беспокоить или защищал маленького засранца?
Он испускает долгий вздох.
– И то и другое.
– Он что-то знает, Коля. Он был там и скрывает это от меня
– Я знаю.
– Ты, наконец, согласен?
– Да. Он мне тоже не сказал, но это очевидно. Он защищает госпожу Волкову.
– От меня?
– Да, сэр. Ты же знаешь, он все еще злится из-за того, как ты довел ее до края.
– Значит, теперь ты на его стороне?
– Я на твоей стороне.
И из-за этого я рассказываю тебе все как есть. Так было в течение последних трех десятилетий.
Я тыкаю пальцем ему в грудь.
– Выясни, что он скрывает, или я буду пытать его в тот же день, когда он сможет встать на ноги.
С этими словами я покидаю офис и поднимаюсь наверх. Я не утруждаю себя ужином, у меня совсем нет аппетита.
Сейчас десять вечера, так что Лия, должно быть, в комнате Джереми. Я иду туда, намереваясь вынести ее и извлечь ответы из ее кожи.
Яростная потребность в большем, которую я чувствовал с тех пор, как украсил ее рот своей спермой, возвращается с удвоенной силой.
Удивительно, но, когда я добираюсь до комнаты малыша, там спит только он. Я тихо закрываю дверь и направляюсь в нашу спальню.
Только не говорите мне, что она все еще с Яном? Если это так, я…
Мои убийственные мысли и ноги останавливаются в дверном проеме.
Единственный свет исходит от красных свечей, которые стоят на каждой поверхности – туалетном столике, тумбочках и даже стульях.
Простыни, о существовании которых я даже не подозревал, были красными, а в воздухе витал аромат роз.
На туалетном столике стоит поднос с едой, окруженный свечами и розами.
Обстановка похожа на прошлую ночь, но единственное отличие – женщина, стоящая посреди комнаты, одетая только в халат и зажигающая больше свечей
– Ох. – Она поднимает голову. – Ты должен был вернуться только через полчаса. Я даже не накрасилась…
Я бросаюсь к ней и хватаю ее за руку.
