— Я обещаю тебе, я не сделаю этого с тобой, — поклялся Павлик и поцеловал меня в лоб, — ни я, ни кто бы то ни было из моих родственников не заставит тебя насильно вступить в брак. А то, что произошло утром… Соня, это все будет иметь значение, только если мы оба этого захотим, хорошо?
Я шмыгнула носом прежде, чем кивнуть, и только после того, как Павлик расслабленно выдохнул, поняла, в каком напряжении он пребывал все это время.
— Что же касается дракона, — он, наконец, улыбнулся и удобно устроился на кровати рядом со мной, нахально вытянув длинное тело поверх одеяла и закинув руки за голову, — тут вообще все просто. Хранитель рода пытался взять под свою опеку нового члена семьи и был немного возмущен тем фактом, что этот потенциальный член все еще имеет отношение к какой-то другой ячейке общества.
— Фактически, Сонька, ты едва не стала двоеженцем. Слушай, есть такое слово, двоемужец? Или двоемужка? Как вообще это называется? Я копался в кодексе, хотел выяснить…
— Двоемужница! — нетерпеливо подсказала я и толкнула его в бок. — Что там с драконом?
Мужчина неожиданно перекатился, нависнув надо мной на вытянутых руках, а потом наклонился к уху и зашептал:
— Отметина, милая. Он обнаружил клеймо постороннего мужика на женщине, которую посчитал частью нашей семьи. Ну, и попытался от него избавиться… Кто ж знал, что у проклятого оборотня, который его ставил, такая ядовитая слюна.
Я вырвалась из мужских объятий, рывком села, опустив одеяло до талии, и рванула ворот сорочки, чтобы посмотреть на свое левое плечо. Гладкая кожа, слегка розоватая в том месте, где почти половину моей жизни были следы от зубов Арнульва. Недоверчиво провела пальцем, обрисовывая контур исчезнувшего шрама, а потом услышала тихий стон, а вслед за ним немного резковатые слова:
— Мне безмерно льстит, что ты чувствуешь себя так свободно и расковано в моем обществе. Но было бы неплохо, если бы ты иногда все-таки вспоминала о том, что я мужчина!
Эро скатился с кровати и опалил немного расхристанную и даже в какой-то мере полуголую меня яростным взглядом.
Я старалась не смотреть в его сторону, а если и смотреть, то точно не ниже пояса. А если и ниже пояса, то всего лишь на одно мгновение. Только чтобы убедиться, что правильно поняла причину мужского недовольства.
Павлик стремительно отвернулся от меня и проворчал:
— Я ведь не железный. И я… я схожу за твоим сундуком и бифштексом.