А то печка греет, а они воняют так, что кушать не могу!
— Ну ты, тоже мне, — разозлился прапорщик Черепанов, — нашел, когда про помои нам рассказывать.
— Вам тут, товарищ прапорщик, не воняет! А у меня там на кухне такой… запах стоит, что жить нормально нет никакой возможности!
— А чего ж ты не озаботился заранее, а? Горицавия? Чего раньше не избавился от отходов?
— Так кушать готовил, товарищ прапорщик, — развел руками Гия Горицавия.
— Давайте я помогу, товарищ прапорщик, — встал я из-за стола.
— Селихов? — Осведомился Черепанов.
— Ну помоги, только давайте быстрее. А-то тут сейчас все без вас слопают.
Я прошел на кухню. Гия схватил с пола большое ведро с помоями, мне сказал взять полный картофельных очисток тазик. Вместе мы направились во двор, через отдельную дверь.
— Саша джан, — болтал без умолку Гия, — ты мне расскажи, правда, на учениях медаль заработал?
— Было дело, — улыбнулся я.
— А как это было? Правда, ты, генацвале, спас сержанта на учениях, от гранаты?
— Это кто ж тебе такое сказал? — Рассмеялся я.
— Да, ребята, — задумался Гия, — они разное говорят. Кто говорит, что ты его от гранаты спас, другие, что его на учениях застрелили, а ты вытащил. Вот я и решил, что спрошу у тебя, раз уж ты к нам попал.
— Не было там никакой гранаты, — улыбнулся я.
Поворенок даже остановился. Обернулся ко мне и уставился удивленными глазами.
— Что, правда не было, что ли?
— Эх… жалко… А мне история про гранату больше всех нарвалась.
— Вон там, пойдем-пойдем! Увидишь! Там чуть дальше за складом, куча компоста. Мы ей огород удобряем!
Мы обошли казармы сзади, у забора. Когда вышли из-за угла, Гия вдруг остолбенел, бросил ведро.
— Ай! Куда! — Крикнул он, схватившись за голову, — ай, да еще в одной рубашке!
С этими словами повар неожиданно проворно помчался куда-то во двор. Я увидел, как он бежит на перехват маленькой девчушки лет четырех. Смешная и всклокоченная, она топала в одной беленькой рубашенке прямиком к конюшне, у которой оставили того самого жеребца.
Конь косился на девочку, волновался. Подгибал заднюю ногу.
— Куда бежишь! Ай, проказница! Папка увидит, ругаться будет! — Причитал при этом Гия.
К счастью, он быстро перехватил девчонку, поднял ее на руки и убежал куда-то в расположение.
Я остался один. А потом услышал тихий разговор. Глянул на приоткрытое окошко казармы. Быстро понял, что за ним расположилась канцелярия заставы.
