Офицер ВДВ погибает при спасении людей и неожиданно возвращается в СССР 1980 года — в день своего призыва в армию. Теперь ему предстоит пережить афганскую войну заново, но уже со знанием будущего. Сможет ли он изменить судьбу и спасти тех, кого потерял?
Там, под скалой, у небольшого хребта, которым она уходила в землю, стоял шакал.
Крохотное отсюда животное не отрываясь смотрело на них. Потом задрало маленькую голову и взвыло. У Наташи по спине побежали мурашки.
Геолог встал, набрал в грудь побольше воздуха и, спрятав пальцы в бороду, громко свистнул. Шакала тут же и след простыл.
— Пойдемте, — сказал Григорий Петрович, поднимая ружье, пристроенное у камня, — темнеет.
Они направились в обратный путь. Теперь Наташа часто видела шакалов. Сначала по двое, потом по трое возникали они то тут, то там у камней и холмов.
Когда в стаю сбились пять собак, то шакалы тут же осмелели, стали подходить ближе к геологам.
Наташа все сильнее и сильнее нервничала. Видела она, что беспокоится и Григорий Петрович, подгонявший группу, идти быстрее. Он даже переложил из рюкзака Дениса к себе часть камней.
— Давай, народ. Ать-два! — Подбадривал их Григорий Петрович.
Когда солнце закатилось и сумерки загустели, они включили большой пограничный фонарь, что нес при себе геолог. Стали подсвечивать путь.
Время от времени Григорий Петрович окидывал светом тропу слева и справа. Иной раз Наташа видела, как в свете фонаря блестят и тут же исчезают многочисленные звериные глаза.
Шакалов было много. Очень. Она не могла сосчитать сколько, но стая точно была достаточно большой, чтобы…
— Сукины дети, — разозлился наконец Геолог и стянул ружье, когда заметил прямо на тропе, метрах в десяти, нескольких шакалов, — обнаглели в край!
С этими словами он пальнул в воздух так, что эхо выстрела разлетелось по всем горам и скалам. Звери тут же прыснули с тропы в разные стороны.
— Денис, стой, дай патроны себе переложу, — сказал геолог и потопал к Денису.
— У вас же еще есть, — удивился тот, отступив на шаг.
— Один. Мало. Возможно, всю дорогу этих шакалов отпугивать придется.
Наташа плохо видела Денискино лицо в темноте, но по тону голоса поняла, что мальчишка ошарашен и напуган.
— Тут это…
— Что? Патроны давай, — повторил Григорий Петрович.
— Нету патронов, — выдохнул Дениска, — забыл. В лагере оставил и положить в сумку забыл!
— Ну ты, Денис и балбес, — зло проговорил геолог и переломил ружье. Вложил новый патрон. — Как до лагеря дойдем, ты у меня попляшешь… Ой, попляшешь…
— Да я не знаю, как так получилось! — Развел руками Дениска, — мне казалось, я взял!
— Тебе, видать, казалось, что и мозги в голове у тебя присутствуют! Но я вижу, что это вопрос спорный! — Разозлился Григорий Петрович.
