Поднялся он так резко, что звякнули карандаши и ручки, которые лейтенант держал в граненом стакане.
А потом Пуганьков вышел из канцелярии с таким видом и настолько торопливо, что обычно, после такого жеста обратно не возвращаются.
— Ну вот и славно, — выдохнул Жуков. Потом обратился ко мне: — Товарищ сержант. На этом все. Вы свободны.
— Если товарищ старший лейтенант Таран не против, — проговорил я, глядя Жукову в глаза, — я бы хотел остаться.
— Полагаю, это не требуется, — похолодел тон Жукова. — Я вижу, что ничего нового вы нам не скажете, Селихов.
— А я полагаю, что мне все же будет лучше остаться.
Жуков приподнял бровь.
— Для чего? Разве у вас нет никаких других обязанностей?
— На сегодня мой наряд уже закончен, товарищ капитан, — сказал я, — к тому же раз уж дело идет о моем друге, об Уткине, я бы хотел стать его, скажем так, «защитником».
— Тогда давайте позовем самого Уткина, — возразил Капитан, — на его присутствие я соглашусь.
— А почему вы не согласны на мое? — Спросил я холодно.
Жуков замолчал. Я понимал, что он опасался того, что я могу как-то спутать ему карты. Ведь он уже сталкивался со мной, после первой драки с Симоновым. Жуков — умный человек. Он прекрасно знает, какая у меня репутация. А еще — что я не так прост, как кажусь не первый взгляд.
— Ну, мы, конечно, можем позвать еще и Уткина, — пожал я плечами. — Тут я только за.
— Я тоже считаю, что Александру нелишним будет поприсутствовать тут, — сказал Таран.
Жуков метнул в него недовольный взгляд, который, впрочем, почти сразу помягчел.
— Ну что ж… — проговорил он, — если вы настаиваете, товарищ старший лейтенант…
Света сидела на стуле, на котором совсем недавно располагался я, и плакала. Девушка хныкала и утирала слезы платочком.
Офицеры терпеливо ждали, пока Пуганькова нарыдается. Я тем временем подошел к окошку, глянул на речку, что была видна с заставы.
Пяндж был сегодня безмятежным. Он длинной, зелено-голубой полосой тек в своем русле. Блестел в лучах высоко стоящего солнца.
За ним, на холмах близь кишлака Комар, гуляло стадо овец. Пастух принялся вдруг перегонять их в другое место, и животные синхронно сдвинулись с места, принялись спускаться с холма. Издали напоминали они рой насекомых, двигавшийся настолько слаженно, будто было это какое-то единое живое существо.
