Не отвел своего.
— Селихов, вы остались здесь, чтобы мешать мне задавать вопросы гражданке Пуганьковой? — спросил Жуков требовательно, — может, вы, рыцарь на белом коне, который пытается спасти прекрасную царевну?
Жуков сузил глаза, добавил:
— Может, и вы участвуете в этом порочном предприятии?
— Каком предприятии⁈ — Взвизгнула вдруг Светлана, — в каком порочном предприятии⁈ Я верна мужу! Слышите меня⁈ Верна!
— Гражданка Пуганькова, — обернулся Жуков, — прошу вас помолчать.
— Я не питаю особой симпатии ни к вам, товарищ капитан, — начал я, и Жуков тут же обернулся ко мне, — ни к гражданке Пуганьковой. Но я знаю, что вы задумали. Я вижу вас насквозь. Если вы хотите отбрыкаться от любой ответственности, я вас уверяю, что не допущу этого.
— Ах ты самонадеянный… — Стиснул зубы Жуков.
— Самонадеянный кто? — Перебил его я. — Оскорбите солдата? Давайте, сделайте это прямо на глазах моего командира. Посмотрим, что из этого получится.
На лице капитана заиграли желваки. Он неприязненно раздул ноздри, но не решился ничего сказать. Вместо этого Жуков глянул на Тарана.
Начальник заставы бесстрастно смерил его взглядом.
— У вас осталось совсем немного времени, товарищ капитан, — напомнил ему начальник заставы — Мы с вами договаривались только на час. И он подходит к концу.
Когда Жуков снова посмотрел на меня, я ему только ухмыльнулся.
— Один-единственный вопрос, — отрезал капитан танкистов, — и я ее отпущу. Все.
Я пожал плечами, прекрасно понимая, что Света будет отбрехиваться до конца. По всей видимости, фортель Жукова не пройдет. Все его усилия станут тщетны, и Таран просто предаст дело прокуратуре, которая во всем тщательно разберется.
Тем не менее рано списывать Жукова со счетов. Он будет трепыхаться сколько сможет.
Жуков вернулся к девушке, которая уже немножко успокоилась.
Светлана жалобно уставилась на капитана. Потом столь же жалобно проговорила:
— Пожалуйста, хватит меня мучать и оскорблять. Просто отпустите меня. Я ничего не понимаю. Я не знаю, чего вы от меня хотите…
— Светлана Николаевна, — начал Жуков, — вы и правда совершенно не понимаете сложности ситуации. Три солдата сцепились и чуть не поубивали один другого. Главная наша версия — что это произошло из-за ревности. Ревности к какой-то женщине.
— Говорите за себя, товарищ капитан, — вклинился я, — это ваша версия. Не общая.
— Селихов, — обернулся Жуков, — не встревайте.
— Не передергивайте. Не морочьте ей голову, — ответил я.
