Несколько недель назад два человека отправились вдвоем на правый берег реки Сан, чтобы разобраться с загадочным пограничным секретом. Весна 1945 года превратила зеленые рощи и старые деревья в ковер вымахнувшей изумрудной травы, а умеренные темп течения реки Сан создавали напряженную атмосферу будущего важного взаимодействия....
Пулеметчик дал пару-тройку пристрелочных очередей в том направлении, где залегла группа. Одновременно ударили сразу несколько винтовок. Плотный огонь не давал снайперу Грицевичу как следует прицелиться.
Пограничник из девятой заставы, вошедший в группу Мальцева, немного приподнял голову. Пули ударили в камень, высекли крошево осколков, хлестнули по голове. Зеленую фуражку мгновенно издырявило, отбросило в сторону. Пограничник, выпустив из рук винтовку, зажал ладонями лоб, по которому струйками стекала кровь.
– Живой? – придвинулся к нему Костя Орехов.
– По башке как железной плеткой хлестнуло. Один глаз что-то не видит.
– Кровью залило, – соврал Костя. – Сейчас перевяжу.
Трое оуновцев под прикрытием пулеметов сделали перебежку и сменили позицию. Следом еще двое. По ним стреляли, но пограничников прижимал к земле пулеметный огонь. Продолжали бегло стрелять винтовки. Старший из бандеровцев, в кепи с трезубцем, встал на одно колено и частыми автоматными очередями дал возможность своим людям приблизиться еще на десяток шагов.
* * *Не зря так долго колебались командиры, прежде чем принять решение о штурме моста. Группе, которую возглавлял лейтенант Кондратьев, тоже не везло.
Сложным оказался спуск. Сорвался с уступа сапер и сломал ногу. Ему торопливо наложили шину и оставили в ущелье рядом с бьющейся о камни речкой.
– Заберем после, сейчас некогда.
Боец кивнул и сказал, что обязательно их дождется. Когда поднялись на другой край обрыва, услышали два приглушенных взрыва, затем началась стрельба.
– Пока идет бой – атакуем. Готовить гранаты.
Но и атака с левого фланга не увенчалась успехом. Навстречу бежали несколько немецких солдат вперемешку с оуновцами. Обе группы открыли с ходу огонь. Ручной пулеметчик из отделения Кондратьева сумел свалить двоих. Охрана моста отступила и спрыгнула в заранее вырытые окопы. Кондратьев видел лишь один выход.
Бандеровцы после потери двоих человек дрогнули и вели беспорядочный огонь из мелких окопов, поднимая винтовки над головой. Саперы и пограничники бежали дружно, стреляя на ходу. Кто-то уже доставал гранаты.
Но ситуацию переломил пожилой фельдфебель, участник еще прошлой войны.
