Автор
Надолго? — Не знаю. Пару лет, может быть, и больше… Никольская гасила разочарование властным кашлем, стискивая зубы, проводила ладонями по серым мокрам-джинсам. Ей нужно было успокоиться, собраться с мыслями — все происходящее сейчас прямо не укладывалось в ее голове.
Зачем Громов ее сюда притащил? Хотел позлить? Что-то доказать? Чего? Что он хотел этим сказать, она так и не поняла, только жутко побаивалась, что послание могло быть и не для нее. Если это так, то стоит поближе присмотреться к девчонке. Если Громов притащил ее сюда ради нее самой, то она точно его заинтересовала.
— Нормально.
— Может, позавтракаем? Заодно и поболтаем, — предлагает Света, подаваясь вперед.
— Мне неког…
— Ну что ты как неродная? — нагло тянет гостью за рукав. — Я уже приготовила завтрак.
Ульяна присела на высокий барный стул, с интересом осмотрелась на кухне.
— Значит, ты у нас бедная овечка?
Вопрос прилетел в лоб. Талашина наконец-то вышла из образа. Сузила раскосые глаза, нагло ухмыльнулась, всем видом показывая, что она хозяйка положения.
— Что, прости? — Ульяна нахмурила лоб.
— Он тебя пожалел, проникся, так романтично, не правда ли?! Никогда за Громовым такого не замечала.
— А нужно? — Никольская приподняла бровь и подалась вперед, получилось довольно дерзко.
— Лучше не стоит, если хочешь и дальше танцевать на прямых ногах.
Света соскользнула со стула, обогнула Никольскую, замирая у нее за спиной.
— Кто ты? Чего тебе от нас надо?
— А кто ты, если задаешь мне подобные вопросы?
— Я его женщина, и мне неприятны твои визиты среди ночи, дорогуша. Я не собираюсь закатывать ему истерик, но скажу тебе один раз: чтобы больше и духу твоего рядом с ним не было.
- Ты же его женщина, чего тебе волноваться из-за кого-то вроде меня?
— Волноваться? Что ты! Я исключительно тебе во благо, чтобы ты не строила иллюзий, поняла? Сколько тебе? Лет девятнадцать? Подумай сама, зачем, кроме секса и веселого времяпрепровождения, ты можешь быть ему нужна? Какой от тебя толк? Поддержка? Это выглядит смешно.
— Знаете, Светлана, неуверенность в себе — это печально. Простите, но мне пора, репетиция.
Ульяна с улыбкой на губах вышла в прихожую.
— Не налегай на мучное, говорят, после тридцати с женщинами творится полнейший кошмар.
Талашина вздернула подбородок, промолчала, только вздрогнула от довольно громкого хлопка дверью, наконец-то оставаясь в квартире одна.
Глава 6(1)
— Лиза, с днем рождения! — Ульяна сгребает подругу в охапку, целуя в обе щеки.
— Спасибо, моя родная.
