Автор
Посреди шатра, как исполин севера, стоял великан-викинг, заставляющий сердце колотиться от страха. Весь день они брели через заснеженный лес до рассвета, несмотря на туман и холод. Эльфвина уже полагала, что видела чудовищное мелькание в сумраке.
В водах источника они не только купались, он научил ее удовольствиям, которые можно получить, используя горячую воду и ледяной снег, бывший всегда под рукой и так хорошо охлаждавший разгоряченную плоть. Вода поддерживала Эльфвину на поверхности, она будто висела в воздухе, и это было приятнее, чем в те моменты, когда Торбранд держал ее на руках в доме."
"Снег продолжал идти почти без перерыва. Стоило ему утихнуть, а небу очиститься, как со стороны вновь начинала надвигаться серая пелена. День постепенно становился длиннее, ночи наступали позже — пустяк, но он давал надежду на скорое окончание зимы и приход весеннего тепла.
День выдался пасмурным. Торбранд отправился проверить капканы, которые расставил в надежде добыть на ужин мясо.
Вдалеке показался дом, и он остановился оглядеться. От крыши вверх поднимался дымок от разожженного очага и развеивался на фоне темного неба.
Он не говорил с ней о том, какие дела по хозяйству ей надо будет взять на себя. Она сама в первое же утро в доме изучила запасы провизии и принялась за работу. Он был уверен, что у нее ничего не получится. Что могла знать о женском труде избалованная принцесса? Ее мать воевала и свергала королей, дочь наверняка считала себя выше решения бытовых задач. Вскоре он получил доказательство, что ошибался.
Эльфвина готовила еду и хмурилась, когда он съедал ее, не поблагодарив.
Она удивляла его постоянно, от этого щемило сердце. Может, это происходит с ним только здесь, в другом месте все станет по-прежнему. Здесь они вдали от всего мира, в тихом домике, заваленном снегом. Несмотря на надежды на скорую весну, зима еще была в своем праве. Они здесь вдвоем, никаких развлечений, кроме тех, что получают друг от друга. «Или от призраков», — подумал Торбранд.
