Я вхожу — ты исчезаешь, если это не официальное мероприятие, на котором ты обязан быть или лента. Говорить сейчас я с тобой не буду. Отработаешь месяц, потом посмотрим. Я всё понятно изложила?
— Вполне! — припечатывает он кулаком в стену.
Еще минуту посверлив меня разъяренным взглядом, он выдыхает, грустно ухмыляясь:
— Ты никогда не позволишь выиграть, да?
Смотрю на его удаляющуюся спину.
— Добро пожаловать в патриархат, Туманова! — выходит ко мне Павел Сергеевич, видимо-таки слышавший часть нашего разговора.
В его руках маленький баскетбольный мяч, и он отправляется к висящей на стене класса баскетбольной корзине, стуча им об пол. Защищать лабы, когда он устраивал фрик-шоу минибаскетболистов… это жутко отвлекало от процесса! Но он просто кайфует от этого.
— Какая по счету попытка?
Обычно ребята сдают ему одну лабораторную на пятый или шестой раз, некоторые переходят и за десятку. Он никогда не ставит нахаляву и если обнаруживает хоть микроскопический пробел в знаниях или недопонимание в каком-то вопросе, то раздувает его до масштабов вселенной, вытягивая дополнительными вопросами на уровень профессиональных физиков.
Я люблю его за это! Переиграть его — просто супер!
И каждая защита лабораторной превращается для меня в интеллектуальную игру, где он ищет слабые места, а я скармливаю ему неожиданные знания из межпредметных областей. Мы можем зависать с ним на пару часов, кайфуя друг от друга в интеллектуальном бою. Готовиться к защитам — это тоже чистый кайф. Приходится анализировать материал с точки зрения логики его подачи им и предугадывать, заготовленные ловушки.
Довольно поглядывает на меня.
— Эту — первая! — устраиваюсь я поудобнее, разглядывая, как он уже третий раз мажет «трехметровый». — «Лазерные технологии и голография».
— Поехали… — довольно щурится он.
Я люблю этого интеллектуального извращенца. Он тоже любит меня!
Получив долгожданный допуск к экзамену, я расслабленно выхожу на улицу и, вдохнув поглубже, кружусь, глядя на верхушки сосен и пьянея от чистого воздуха.
Немного качнувшись от потери равновесия, я не удерживая себя падаю спиной в белоснежный огромный сугроб, успевая на лету натянуть на голову капюшон.
Низко плывут темные тучи…
Мои глаза закрываются.
И я на мгновение вырубаюсь.
— Сашка… — констатирую я, не открывая глаз.
— Сердишься на меня? — садится рядом.
— Немного… тебе придется перевестись.
