— Ты же знаешь, как это бывает! Я просто не смогла соврать на прямой вопрос!
— Сказала и сказала… — обнимаю её я. — Может и хорошо. Как он?
Я, конечно, очень скучаю…
— Как?… Как будто его кто-то потерял. Позвони ему, что ли.
— Крис, он ведь сам хотел.
— Уверена, не этого.
— Это он в шоке чепухи наговорил.
— Он тебе так сказал?
— Да, что я сама не вижу? Звони.
— Нет. Не сейчас. Если я сейчас переключусь на него… — качаю я головой. — Я не смогу учить. Я не сдам сессию, и тогда…
— Один звонок! Просто позаботься о нём немного.
— Хорошо. Может быть. Я подумаю.
Мы начинаем засыпать. Мысли об Олеге тут же плавно перетекают на его подарок к новому году.
— У тебя есть знакомый ювелир здесь?
— Мне нужно заказать одну эксклюзивную вещицу… И надо быстро.
— Подарок для Олега Андреевича, — улыбаюсь я, — вместо обычной спирали к ежедневнику мне нужна серебряная спираль в форме змеи… Я завтра нарисую эскиз…
— Спи, — шепчу я, выбираясь из ее теплых объятий.
— Куда? — пытается она меня удержать.
— Завтра зачет… — шепчу я ей на ушко, с сожалением вставая с дивана.
— А они через день, любимая, до самого нового года.
Но Крис уже спит. Накрыв ее одеялом, я беру со стола ее телефон и ухожу в спальню, которая превратилась во что-то среднее между библиотекой, лабораторией и компьютерным классом.
Крис отдала мне ее в полное распоряжение. Чтобы не отвлекаться отдельно на зачет по английскому, я расположила на стене листы с мнемическими таблицами из существительных, глаголов и других частей речи, надеясь, что зрительная память потом спасет меня. И я выдам необходимый минимум словарного запаса в тысячу слов. Языки — моя слабая сторона, включая и родной. Противоположная стена посвящена тригонометрии и состоит из графиков функций и формул. Кровать… погребена в книгах. На полу разложены два ватмана с недоделанными проектами по социокультурке и истории. На столике ноутбук Крис.
Вот как она меня тут терпит? — оцениваю я весь этот беспредел.
На подушке в гордом одиночестве меня дожидается очередной том Кастанеды, который я взяла у Олега.
Долго тебе еще ждать, милый… — грустно вздыхаю я, понимая, что обращаюсь сейчас к ним обоим.
Плотно прикрыв дверь, я выключаю музыку и, покрутив телефон в руке…
Внутри сводит от противоречивых желаний.
Пять гудков! — решаю я для себя. — Если нам это нужно, он возьмет трубку.
Подождав пять долгих гудков, я скидываю вызов, ставя на беззвучку.
И минут двадцать читаю одну страницу, пытаясь понять хоть пару слов. Всё.
