Наверняка у вас есть знакомые среди них, — фыркнул ликанит. — Зачем гонять меня?
— За тем, что я хочу, чтобы ты уяснил одну вещь: нужно делать, что я говорю. Молча, быстро и эффективно. Если хочешь пойти выше. Сразу запрыгнуть на верхушку не получится. Чтобы узнать как можно больше, нужно останавливаться на каждой ступени.
— Так что, мне теперь мальчиком на побегушках быть? Я не за этим к вам пришёл! — ещё больше насупился Джосс.
— Кажется, ты пришёл ко мне, потому что оказался в бедственном положении, совсем один в незнакомом городе? Или я что-то путаю? — Лестер прищурился. — Ты можешь уйти и слоняться по улицам, пока не закончатся деньги. А затем попасть в какой-нибудь нищенский приют или работный дом. Выбирай.
— Ладно, ладно! — парень вскинул руки, быстро оценив перспективы. — Я понял. Начать с малого…
— Именно, — Лестер удовлетворённо кивнул. — Да, я мог обратиться к знакомому констеблю из участка комиссара Нэллада. Но всегда есть опасность, что он же доложит начальству о моих расспросах. Не со зла, конечно, а просто из желания угодить всем сразу. А я хотел кое-что проверить. И заодно увидел тебя в деле.
— Но если бы тот комиссар поехал не туда, куда вам нужно?
— Значит, ты наблюдал бы за ним до тех пор, пока он не поехал бы “туда”. Это, знаешь, очень полезно: терпение и наблюдательность.
Джосс пятернёй растрепал вихры на макушке.
— Кстати, я могу пожить в конторе? Ну, пока не начну зарабатывать, чтобы мне хватало на съём комнаты? Пойти мне некуда. А миссис Риара на меня сильно ругалась утром.
— Вообще-то тут не ночлежка, — нарочито строго заметил Лестер. — Но, думаю, на некоторое время ты можешь остаться. Только не суй нос, куда не следует. Я передам Риаре, чтобы она больше тебя не гоняла.
Податься мальчишке пока и правда было некуда. И пусть он хорохорился, а денег у него явно меньше, чем он хотел показать. Скорей всего, их и вовсе нет. Так что придётся наказать секретарю кормить мальчика, пока он не станет способен обеспечивать себя сам.
В дверь размеренно и уверенно постучали — так дедала только Риара. Она вошла и, чопорно сложив руки одна на другую, доложила:
— Вас хочет видеть его сиятельство, граф Этелхард, — недовольно скривила губы. Зная некоторые подробности жизни Лестера, о которых он счёл нужным рассказать, она недолюбливала его отца. И настороженно относилась к каждому его появлению в конторе.
— Я могу его не пускать? — произнёс Лестер так громко, чтобы было слышно в приёмной.
— Думаю, нет, — раздалось оттуда.
