В мире выведенного на рельсы сценария жизни, надежда остается единственным оружием. Здесь и сейчас, в этой минуте сознания, становится очевидной угроза: ни сна, ни спасения нет – только действовать и жить, несмотря на ужасы вокруг.
– Куда мы едем?..
– Мне приказано вас доставить, – ответил человек. – Вам всё объяснят.
…Ничего она от него не добьётся, это ясно.
Нужно было всё же как-то заставить мальчишку уйти. Непонятно, что с ними будет дальше.
Угрозы? Пытки?
Но она знает только, где прячется Лена Пантелеева, а больше ничего. Или именно это их интересует?
Лену выдавать никак нельзя, ей угрожает страшная опасность. Значит, нужно придумать что-то, как-то их отвлечь, заморочить голову!
Что-что, а придумывать она умеет!..
Машина летела вдоль какого-то парка с высокой решёткой ограды.
Мы – здесь. Они – там.
Они ничем не помогут. Они нас не спасут. Мы в другом измерении.
Машина подъехала к глухим кованым воротам. Дорога была расчищена, но казалось, что ворота никогда не открывались.
Тем не менее створки стали медленно распахиваться навстречу машине, и она въехали в вечерний парк.
Тонечка оглянулась.
Машина поползла по аллее. Впереди не было видно никаких строений.
…Зачем их привезли в парк?.. Что с ними будут делать?
Машина всё катилась.
Между очень чёрными на фоне голубого ясного неба деревьями показался белый затейливый дом с колоннами. В окнах горело закатное солнце, плескало оранжевым светом в глаза.
Тонечка зажмурилась.
Автомобиль подкатил к подъезду – высокие двери были с внутренней стороны занавешены зелёными шторками, на ступенях лежала ковровая дорожка.
Человек в сером костюме выскочил и открыл Тонечке дверь.
Она выбралась, следом за ней выбрался и Родион.
– Ну вот, мы на месте, – объявил человек радостно. – Прошу вас!..
Тонечка поднялась по ступенькам. Двери были двойные, монументальные, с латунными перекладинами и шарами.
За ними открылся мраморный холл с колоннами и гигантским камином по левую руку, дальше небольшая зала с французскими окнами. Даже отсюда было видно, что окна выходят на реку, на великолепный солнечный вечерний простор.
– Добрый вечер! – Навстречу им выступила румяная женщина в белом переднике и кружевной наколке на пышных волосах. – Позвольте вашу одежду.
Родион, посматривая на Тонечку, стянул куртку.
Женщина приняла у них вещи, на секунду куда-то пропала, вновь явилась и сделала приглашающий жест.
– Сюда, пожалуйста.
– Тонечка! Здравствуй, лапочка!
Она зажмурилась, тряхнула головой и распахнула глаза.
Лишь один человек на свете называл её лапочкой!..
