В мире выведенного на рельсы сценария жизни, надежда остается единственным оружием. Здесь и сейчас, в этой минуте сознания, становится очевидной угроза: ни сна, ни спасения нет – только действовать и жить, несмотря на ужасы вокруг.
Что сделал бы на её месте штабс-капитан из нашумевшего сериала? Или та самая героиня, которую она так и бросила в лодочном сарае? Уж они-то наверняка бы не растерялись и моментально придумали, куда двигаться дальше!..
Пожилая уборщица протирала полы, широко загребая шваброй слева направо. Тонечка посторонилась.
– Ходют и ходют, – в полном соответствии со своей ролью пробормотала уборщица. – Губы накрасют и ходют! Срамота!
Тонечка, которая всегда забывала накрасить губы, потрогала рот тыльной стороной ладони.
– И разговоры у них тьфу, пакостные! Один мат-перемат! А туда же, культурными прикидываются! И ходют!..
– У меня ноги чистые, я на машине приехала, – соврала Тонечка.
Уборщица плюхнула швабру в ведро.
– У тебя, мож, и чистые, а у остальных грязные! А я подтирай за всеми! Наталья Владимировна талдычит: у нас должно быть чисто, мы телевидение! А сами матерятся!"
"Наталья Владимировна, догадалась Тонечка, должно быть, шеф-редактор.
– Кажный-всякий день горбатисся! Спина отваливается, а я за ими подтирай! Наталья-то хотела мне какую-то помощницу нанять, а я ей – вот! – Уборщица энергично обтёрла руку о подол форменного платья и сложила пальцы в узловатую фигу.
– А давно?
– Чего давно? – Уборщица опять принялась протирать пол.
– Работаете здесь давно?
– Тю! Так ещё с советской власти, когда тута контора была. Горгазмашпроект называлась! Там-то культурные работали, Никодим Петрович всех обязывал сменку носить! Внизу переобувалися, а сюда уж в чистой обувке всходили! Тогда порядок был!.
– Тогда да, тогда был, – подхалимским тоном поддакивала Тонечка. – То есть, вы всех здесь знаете?
– Век бы мне их не знать, срамников!
– И Лену Пантелееву?
– Ленку-то? Да её кажная собака в городе знает! Всякий вечер в телевизоре языком мелет да подолом трясёт! Я её терпеть не могу! Каблучищи наладит, губы накрасит, сиськи выставит и ходит! А мать приличная женщина с виду, рассудительная.
– Вы с ней знакомы? С матерью?
– Да чего ж не быть знакомой-то? Она тута в буфете, считай, с девяностых торгует! Никодим Петрович её на работу принимал, она ещё молодая была! Ты чего вытаращилася? Так оно всегда и бывает, мать приличная, а дочь с ума свихнулась! Срамота! А пироги у ей вкусные, у матери-то! Я и домой беру, и в гости когда.
