В холодном подвале жарится тоска и непрекращающаяся боль, но Василина продолжает сопротивляться темпу террора. Здесь воздух дышать невыносимо гадок, но в камере у неё есть одно преимущество — свобода мысли. Ночь настолько черная, что она кажется почти живой. Василина решает сделать этот день особенным и вместе с собой найдётся способ противостоять захлёстывающему злу....
Мне уже известно, что в большинстве стран Ильмондара существует закон, о неприкосновенности связанных правящих лиц. За угрозу жизни мне Арид имеет теперь право даже казнить без суда и следствия. Поэтому и торопился так защитить меня этим статусом.
Но суд у нас как раз идёт и мне пора занять место свидетеля.
Муж помогает мне подняться на постамент и сесть в высокое кресло, сам становясь за моей спиной. Тоже, оказывается, имеет право, точнее даже обязан защищать меня от энергетических всплесков в зале, как мой связанный.
Я, проинструктированная супругом, спокойно и уверенно кладу руку на голубой светящийся куб на подставке рядом с левым подлокотником. Эта холодная на ощупь штука призвана показывать, правду ли говорит свидетель. Если я совру, он почернеет. Но врать я не собираюсь. Мне скрывать нечего.
– Приветствую, ваше величество, – ко мне подходит главный обвинитель, высокий седовласый худощавый куард, с цепким пронизывающим насквозь взглядом. Этот играет на нашей стороне. – Позвольте для начала поздравить вас с обретением связанного.
– Благодарю, – чинно киваю в ответ.
– Ваше величество, расскажите пожалуйста суду, как именно вы попали в Ильмондар? – вежливо просит меня обвинитель.
– Всё началось с того, что пропала моя сестра, – начинаю я свой рассказ.
Сильно в подробности не вдаюсь, рассказывая самое главное, и отвечая на возникающие по ходу повествования вопросы. Насколько мне известно, Рок уже должен был дать показания, предоставив суду всю нужную информацию по делу обидчика Соли, из-за которого она и попала в Ильмондар.
– То есть, вы утверждаете, что маликсар Хасмиер не только присутствовал, но и открыто выражал желание приобрести вас? – уточняет обвинитель. – Вы уверенны, что это был именно ответчик?
– Да, – киваю, уже совершенно спокойно встречая тёмный взгляд маликсара. – Как я вам уже сказала, Кайтан не скрывал от меня личность главного гостя аукциона, к тому же я узнаю тяжёлую и холодную энергию маликсара Хасмирера даже с этого расстояния.
