Автор
Вековые тенетки снова связывают две линии происхождения в страшном контракте отца и злого Чертяги. Теперь дочь старейшины должна выйти за сына правителя другого клана, но она не знает, готова ли она к этому ужасному браку и опасной мести.
— Смотрите-ка что я здесь нашел! — раздался голос Аскара, не участвовавшего в общем веселье.
В руках у него лежала моя энциклопедия. Вот дурочка, могла бы и убрать.
Демоны прочитали интересующую их статью и с удивлением, а вовсе не укором, как я думала, воззрились на меня:
— Ты все знала и все равно не выставила нас сегодня?
— А я должна была?
— Еще бы. Знающие люди бегут при упоминании имени асуров.
— Вы бы видели, как драпает учитель танцев при упоминании моего имени, обзавидовались бы, — парировала я.
— Девочка, ты, видно, не понимаешь о чем речь. С книжкой или без ты так и не поняла.
— Того, что я знаю, мне достаточно. Это мой выбор и никто не смеет указывать, кого я могу видеть в своих друзьях, а кого нет. И вообще, не зови меня девочкой, мне уже восемнадцать. Некоторые в моем возрасте детей имеют.
— Тогда не веди себя как ребенок, — не остался в долгу Бали.
— Детка, — подошел ко мне Зак и погладил по голове, — тебе слово «бессмертные» ничего не говорит? Нам, знаешь ли, тоже не двадцать.
— И даже не двадцать пять, — кивнул Аскар.
— И уж точно не тридцать, — криво усмехнулся Данте.
— А сколько? — совсем без удивления спросила я. Так, что бы знать.
— Восемьдесят шесть.
— Это каждому или на всех? Неужели вы думаете, я такая глупая. Маги тоже живут в несколько раз дольше обычных людей. И хотя бы на основании этого можно сделать вывод, что вы не такие уж и молодые, какими кажетесь на первый взгляд. Потому что на второй становится понятно гораздо больше.
— Что именно? — заинтересовался Зак.
Я лишь лукаво улыбнулась.
«Наверное, именно в этой комнате я встречу старость», — мелькнуло у меня в голове.
А дальше я уснула над огромным трудом архимага Преслава, который рекомендовала прочитать Консуэла.
Заснула я не глубоко. Мысли все еще барахтались на поверхности разума, но как-то тягуче и неохотно, словно кисель в молоке.
Тогда- то и пришел он, тот странный сон, что заставил меня закричать и, даже не успев проснуться, вскочить на ноги.
— Филипп!..
Я рванула к двери и начала истерично колотить в нее руками и ногами. Сердце рвалось от страха и боли. Губы дрожали. А по спине тек холодный, как тающий снег, пот.
После нескольких минут крика и бесполезных попыток вырваться, мои силы закончились. Совершенно разбитая и дрожащая, как осиновый лист. я сползла на пол и, обхватив себя руками, замерла.
Наконец, дверь открылась. За ней стояли одна из помощниц магианы и пара охранников.
