Автор
В холодной ночу над крышами города вертелся лишь гневный северный ветер, манипулируя воздухом, словно коварным дьяволом. Здесь, на краю света, молодой парень чувствовал каждое его трепещущее прикосновение, словно проклятье, не утихая ни в минуту.
– Если честно, он меня уже стал ревновать к Веселову – мол, что за повышенный интерес?
– Спасибо большое, Алиса. Ты лучшая в мире подруга, правда. А… что было дальше? – спрашиваю я со смесью страха и отвращения, вновь и вновь вспоминая, как Матвей целует Яну. Интересно, они продолжили или смогли вовремя остановиться?
Алиса молчит.
– Говори же!
– Он довел ее до самоубийства.
– Что? – словно очнулась я.
– Матвей Веселов довел эту девушку до самоубийства, – терпеливо повторяет подруга.
Алиса замолкает. Ей часто жалко людей. Какой бы самоуверенной или меркантильной она ни казалась, в душе Алиса добрая.
– Но… Разве это говорит о том, что он подтолкнул ее к этому? – переспрашиваю я.
– Разумеется, нет. Просто ходят слухи, что… Матвей любит играть с девушками. Ну, то приближать, то отталкивать. То дарить невероятные подарки, то опускать. То совершать ради них безумства, то соблазнять. И Яну держит на коротком поводке, и с другими дурочками играет. Так говорят, Ангелина, – вздыхает Алиса. – А еще говорят про какой-то особый клуб, где делают ставки на людей – даже на смерть. И якобы он тоже там состоит, твой Матвей.
– Спасибо, – благодарю я подругу. И вдруг понимаю: а ведь он послал меня к черту после нашей первой ночи. Может быть, все подстроено? Может быть, Габриэль давно ему все рассказал? Может быть, они просто наблюдали за мной и делали ставки?
Я не знаю, я отказываюсь что-либо понимать. Однако я чувствую, что все еще жива – мою грудь разрезает изнутри боль. И снова по лицу текут слезы.
– Мне стыдно, – говорит Алиса. – Надо было не говорить.
– Ты правильно сделала, – возражаю я и вдруг говорю о том, что узнала… что я приемная.
– В смысле? – не понимает подруга.
– Сегодня нашла документы, что меня удочерили. Случайно нашла. Знаешь, все всегда говорили, что я не похожа на маму, и теперь я понимаю почему. Я боюсь идти домой.
– Подруга, ты чего, – растерянно говорит Алиса.
