Утро понедельника не радовало: зомби-я чувствовала себя последней степени свежести, словно вымершая тварь после бешенства. Но даже в таком состоянии она сумела добраться до ванной и вернуться на чердак, где нашла стул, готовясь к очередному дню упорных усилий.
И тут же услышала:
– Даша, прекращай. Столько учиться – вредно.
Мое смятение резко сменилось шоком, а спустя еще миг я сообразила – декан факультета Огня просто издевается. Опять! В который раз!
– Лорд Глун… – произнесла я холодно и тут же запнулась, потому что Эмиля заметно перекосило. Не оценил он официального обращения.
Дальше препираться стало сложней. Просто норриец плюнул на приличия, обогнул стол и, склонившись надо мной, впился в губы. Конечно, мне не следовало этого допускать.
"Сердце, которому сегодня и так тройная нагрузка выпала, вновь зашлось в бешеном ритме, а тело налилось жаром. Руки как-то сами, без всякого моего участия, потянулись к Эмилю, обвили шею. Я же самым позорным образом подалась вперед в стремлении прижаться, ощутить ответный жар его тела.
– Хватит учиться, – прервав поцелуй, выдохнул Глун.
Я мысленно застонала, отлично сознавая, с чем связано это стремление оторвать меня от книг. А Эмиль не постеснялся догадку подтвердить:
– Пойдем ко мне, – шепнул норриец.
От этого шепота по телу прокатилась новая волна жара, но кивнула я по иной, не связанной с реакциями организма причине. Просто стало ясно: банальное «нет» Глуна не удовлетворит, а выяснять отношения при свидетелях себе дороже.
Так что я встала и позволила увлечь себя к выходу. У самой двери мы остановились на пару секунд – Глун шепнул заклинание и прикрыл глаза, просматривая коридор на наличие посторонних. Лишь убедившись, что снаружи чисто, отпер дверь и мягко подтолкнул меня в спину.
После чего обернулся и бросил:
– Мелкий, закрой за нами.
Я невольно нахмурилась – а почему мы, собственно, обычным путем, а не порталом уходим? Но додумать эту мысль не успела – Эмиль опять оказался рядом, ухватил за руку и повел знакомым маршрутом к не менее знакомой двери.
А едва мы оказались в гостиной его покоев, вновь притянул к себе и накрыл губы поцелуем. И если там, на чердаке, все было по большому счету невинно, то теперь…
Шторм! Бешеный и пьянящий! Ноги, несмотря на твердое решение держаться и вести себя прилично, подкашиваются. Жар, вновь охвативший все тело, сметает даже тень намерения сказать «нет».
